Хакон пытался вырваться; Мунгарма и Брокла крепко держали. К Кари никто не прикоснулся, но его окружили плотным кольцом.

— Сделай что-нибудь! — извиваясь в державших её руках, крикнула Джесса. — Кари!

— Да, будь так любезен, — пытаясь улыбнуться, сказал Скапти.

— Не могу, — сказал бледный как смерть Кари. — Я не могу его достать.

Вещий усмехнулся:

— Я защищён заклинанием, госпожа. Я же говорил тебе, между нами есть что-то общее.

Теперь комната для гостей стала их тюрьмой.

Они были крепко связаны по рукам и ногам пеньковой верёвкой. Куда увели Скапти, они не знали; его выволокли из зала. Он молчал и держался с достоинством, но всё же бросил на своих друзей полный безнадёжного отчаяния взгляд. К ним в комнату вошёл Вещий. Его глаза сверкали, лицо горело, но слова прозвучали ясно и чётко:

— Мне жаль, что жребий пал на вашего друга; никогда не знаешь, кто будет выбран. Не бойтесь, вам не причинят вреда. Завтра, когда дар будет принесён, вы сможете уехать.

— Где Скапти? — рявкнул Брокл. — Что вы хотите с ним сделать?

Шаман серьёзно на него посмотрел:

— Его поглотит Тьма.

Он перевёл взгляд на Кари:

— Что касается тебя, волшебник, то я заранее позаботился, чтобы ты мне не помешал. Завтра я буду с вашим другом до конца и если замечу хоть что-нибудь подозрительное, то немедленно его убью. Ты меня понимаешь?

Кари печально кивнул.

Вещий вышел из комнаты. На двери лязгнул засов.

Наступила гнетущая тишина. Наконец Мунгарм заговорил:

— Они всё равно его убьют, и смерть будет мучительной.

Брокл покачал головой:

— Я о таком слышал. Жертва выбирается по жребию — тот, кому достался орех или что-нибудь в этом роде. Скапти, наверное, знает об этом больше. Считается, что жертву выбрала сама богиня Тьмы. Потом человека отдают ей — не знаю, как это происходит.

— Я знаю. — Кари прижался щекой к стене. — Его отведут на болото, потом накинут на шею петлю и придушат — но не до смерти. А потом сбросят в трясину.

Джесса похолодела от ужаса:

— Именно это тебе тогда и приснилось?

Он кивнул:

— Я только сейчас понял, что это означало.

— Но когда это произойдёт? Сколько у нас времени?

— Не знаю.

— Может, его уже ведут к болоту, — прошептал Хакон.

Снова стукнул засов; все замолчали. Вошла Линна с подносом горячей еды. Джесса подумала, что теперь, наверное, праздник идёт полным ходом, коль скоро жителям перестала грозить смерть. За Линной стояли два воина с копьями.

Она поставила поднос.

— А как мы будем есть? — спросил Хакон.

— Я развяжу вам по одной руке — левую. А вот этого развязывать не буду, — сказала Линна, бросив на Кари испуганный взгляд.

Он пожал плечами:

— Я не голоден.

Линна развязала верёвки и быстро отошла назад. Все посмотрели на еду, но есть им не хотелось. Потом Брокл решительно сказал:

— Ешьте. Нам нужно быть готовыми ко всему. Голодовкой тут не поможешь.

Девочка присела перед очагом, подкладывая поленья. Пламя осветило её блестящие волосы и татуировку — лису — на щеке.

Джесса спросила:

— Тебе его совсем не жалко?

Девочка помолчала, потом тихо сказала:

— Так надо. Его кровь напоит нашу землю. Земля даст обильный урожай, накормит наш скот. Тьма получит его и будет довольна.

Джесса почувствовала, как в ней закипает ярость; ей захотелось тряхнуть эту девчонку как следует. Она крикнула:

— Но Скапти не принадлежит к вашему роду! Он пришёл к вам как гость, мы поверили вам! А вы лгали…

— Нет.

— Да! Лгали! А теперь вы собираетесь его убить!

— Это не убийство… нет. — Девочка затрясла головой.

— А он ни о чём и не догадывался, — сказал Хакон, следя за ней. — Он не знал. Никто из нас не знал.

— Он должен умереть! — Линна вскочила, вне себя от волнения. — Если не он, значит, это будет кто-то из нас, неужели вы не понимаете? Один из нас! А сейчас все так счастливы. Каждый год приходит к нам этот ужас… если Тьма не получит свою жертву, у нас начнутся голод, смерть, болезни. Он должен умереть. Простите меня, но так будет лучше.