Он замолчал и вдруг спросил уже совершенно другим, жалобным тоном.

– Слон, он выживет?

– Не знаю, – Слон мрачнел на глазах. Его движения становились все более резкими.

– Что? – подался вперед Гайденн.

– Что у тебя там в параллелях было намешано? – вопросом на вопрос ответил Слон.

– Ничего особенного, – пожал плечами Гайденн.

– Опять твои недодуманные побочные эффекты? – прошипел Слон. Севилья даже удивился, никогда прежде такой откровенной агрессии от Орлова не исходило. – Ты достал уже со своими экспериментами по совмещению несовместимого. Полюбуйся, – Слон выдернул из сумки первой помощи какой-то магиприпас, раздавил его над телом. Эффекта не последовало.

– А если некроматик? – осторожно вспомнил Севилья.

Слон с Гайденном одновременно покривились.

– Нельзя, – за обоих ответил Гайденн. – Некроматик на время первичной работы капсулирует пространство. А тут и так осколки узора от двух пространств. Если сейчас шарахнуть некроматиком, его свернет, как гусеницу в куколку, только вытащим мы оттуда уже не Карягина, а кусок спекшегося мяса.

Слон с приглушенным ругательством схватился за края раны и тут же отпустил их.

– Исследователь, – просвистел он сквозь зубы, искоса глянув на Гайденна.

– Та пош-ш-шел ты, – сорвался тот. – Что ты знаешь? Все просчитано было точно. Мы тут что, дурачки-первогодки? Параллель прыгнула от совмещения, никто, слышишь, НИКТО не мог бы это спрогнозировать. В этом и был эксперимент.

Слон выпрямился во весь свой огромный рост и набычился, но невысокого Гайденна, это не напугало ничуть. Задрав голову, он продолжил с неослабевающим напором.

– Мы для этого сюда и приходим. Чтобы знать, какие узоры, когда и как работают. И каждый знает, что может оказаться на месте Коряги в любой момент. И я могу. Вон он некроматик вспомнил, – Гайденн кивнул на Севилью. – Тебе рассказать, как его делали? И кто его делал?

– У тебя человек умирает! – заревел Слон. – А ты тут заслугами хвастаешься!

Севилья раскрыл рот. Видеть спокойного, выдержанного, всегда уверенного в себе Слона в таком состоянии было дико до невозможности.

– Ах ты…, – задохнулся Гайденн. От ярости он начал заикаться. – Как… как… какие заслуги, ты тут…., да я…

– ТИХО!!!! – заорал Севилья, пытаясь остановить этот театр абсурда.

Сработало. Оба замолчали.

– Слон, ты чего? – Севилья заглянул в глаза Орлову. – Если можешь вытащить, втаскивай. Зачем ты сейчас-то ему высказываешь?

– Не могу, – закаменел скулами Слон. – В том-то и дело. Он до сих пор под узорами. Остаточный фон не дает ничего сделать. Его как растаскивает в разные стороны. Ничего не работает. Ни традиционно, ни магия. Нет шансов.

Гайденн притих. Слон замолчал. В комнате повисла мертвая тишина. На полу тихо умирал Карягин.

– А как очистить фон? – спросил Севилья просто для того, чтобы не молчать. Тишина и обреченность были невыносимы.

– Закрыть от внешнего мира, – точно так же, чтобы не оставаться один на один с безысходностью, проговорил Слон. – Отсечь подпитку. Как некроматик делает, только без дальнейшего воздействия. И попытаться уже руками кровь остановить. Потом уже можно будет амулетами лечить.

– Колпак, – распахнул глаза Гайденн. – Закрыть от времени.

– Даже не думай, – перехватил его Слон. – Колпак твой строится как новая параллель. Ты просто усилишь один вектор. Его разорвет в момент.

– А что остается? – вырвался Гайденн. – Ему так и так умирать. Сколько осталось?

– Несколько минут, – покачал головой Слон. – Но даже не пробуй. Только начнешь строить, его растянет, и этих минут не останется. Ему сейчас много не надо.

– Но что-то же надо делать, – Гайденн сжал кулаки так, что они побелели. – Так и будем стоять и смотреть, как он умирает.

– Под колпаком должен буду я сидеть, – вздохнул Слон. – Чтобы внутри его начать чинить. А я, извини, под твое построение не пойду. Иначе у нас не один, а два трупа будет. Там же высвободится остаток фона. В замкнутом пространстве рванет так, что нас и в кучку-то собрать не получится. Дисперсная смесь будет.

Гайденн поник плечами, соглашаясь.

– Опять твой побочный эффект, – тихо пробормотал Слон.

Гайденн уставился на сжатые кулаки, они побелели еще больше. Из маленькой ранки на правой костяшке показалось капелька крови.

Сам не понимая для чего, Севилья подошел к лежащему. Вгляделся в заострившееся лицо, мазнул взглядом по луже крови. И соскользнул к линиям магии. Слон прав. Линии как будто растягиваются в стороны. А если дернуть? «За … нос лучше дерни», обозлился на себя Севилья. Тут отрезать надо. А чем?

– Демаг! – развернулся Севилья.

И тут же в него полетел амулет из комплекта первой помощи. Слон все понял с первого раза. Одним движением Севилья, активируя, набросил его на шею Карягину. И…. Лежащее тело выгнулось дугой, изо рта вылетел сгусток крови, хрип.