Гинда услышал.

– И ты скучный, – вынес вердикт мох.

– Стоп, – остановил начинающуюся свару Шатун. – Никто больше не скучный, никто не злой. Бата сидит и молчит, Его Магичество Распорядитель Вселенского Бедлама никого не обижает, Гинда просто рассказывает, что просят. Понятно?

Ответа не последовало, и Шатун счел это подтверждением.

– Итак…, – приободрился он, и вдруг перепрыгнул на другую тему. – А кстати, а почему ты не убежал? Ну, когда шида на тебя наскочил?

Даже невидимый, мох замялся. После некоторой паузы он разродился:

– Он меня не пускает.

– Ага-а, – многозначительно протянул Шаман.

– Затк… Тихо, – успел вставить слово Шатун. – Все. Гинда, шида тебя отпустит. Расскажи, что просим и все. Хочешь, оставайся и смотри представление до конца, хочешь – уходи.

– Какое представление? – заинтересовался мох.

– Веселое, – убийственным тоном сообщил Шатун. – Итак, скажи, пожалуйста….

Он сделал паузу, которой немедленно воспользовался уже готовый к максимальному сотрудничеству Гинда:

– Пожалуйста.

– Что «пожалуйста»? – не понял Шатун.

– Ты попросил сказать, – пояснил мох.

Хоть Шатун и слыл лучшим переговорщиком с мохами, но всему есть край. Он медленно сжал кулак и сделал несколько вдохов-выдохов.

– Спасибо, – очень вежливо и медленно поблагодарил он.

– Пожалуйста, – с готовностью, еще раз отозвался мох. – Я тебе помог?

– Неимоверно, – Шатун с силой провел рукой по волосам, тщательно лелея остатки спокойствия. – Следующий вопрос: куда вас не пускают шиды?

Молчание.

– Гинда?

– Там есть раньше, которое позже, – наконец сообщил мох. – Оно тут, рядом. И не рядом. Там весело. Очень. А они, – Гинда фыркнул, – нас туда не пускают. Не пускали, – поправился он. – Их сейчас мало, и они туда не ходят. И от себя нас не отпускают, – негромко добавил он.

Маги начали переглядываться, каждый услышал что-то свое, а Шатун, явно понявший больше всех, стал похож на собаку, взявшую след.

– А вы ходите? – насторожился он.

– Не-ет, – открестился Гинда. – Сейчас туда нельзя. Там вокруг много лаза. Злые, очень.

На руках у Григора зашипел Бата.

– Он про Паука что-то говорит, – подал голос Григор.

– Что? – развернулся к нему Шатун.

– Не очень понятно, – пожал плечами Григор. – Что про этих ваших мохов, боно и Пауков.

– Гинда, – Шатун вернулся к моху. – Лаза – это такой круглый и ног много?

– Не, глаз много, – сообщил мох. – А ноги, это палки? Тогда много, да.

– И ты их видишь? – Шатун позабыл про все свои подначки.

– Конечно, вижу, – оскорбился Гинда. – Как их не увидеть, если они на тебя сами смотрят?

– Лаза?

– Угу, – подтвердил мох. И заинтересовался. – А вы когда будете?

– Скоро, – пообещал Шатун.

– А где?

– А вон там, – Шатун качнул головой в сторону могильника.

– А что там? – присмотрелся Гинда.

– Лаза, – не подумавши, ляпнул Шатун.

И тут же всем пришлось опять зажимать уши.

– Ай! Ой! – завопил из-под потолка Гинда. – Лаза! Шида! Ай! Скучно! Не хочу! У вас скучно! Пустите!

– Тихо, тихо, – попытался утихомирить его Шатун.

Без толку. Мох орал, как будто его одновременно уже схватили и лаза и шида. И пытались при этом кастрировать.

– Да заткнись ты! – это уже не выдержал Шаман. – Ты один тут?

– Ай! Ой! Нет! Да! Еще есть! Ой! Скучно! Пустите!

– Улитартские есть? – перекрикивая истеричные вопли, спросил Шаман.

– Ай! Нет! Не знаю. Пустите! Ай!

Даже по звуку было слышно, как мох дергается на незримом поводке. Шаман утомленно прикрыл глаза:

– Мы тебя сейчас отпустим. Позови кого-нибудь из улитартских. Кого-нибудь, с кем можно разговаривать нормально.

Он повернулся к магам и сделал удивленное лицо:

– Никогда не думал, что скажу такое.

Ответом ему были кривые ухмылки.

– Бата, – попросил Шаман ворочающуюся куртку Григора. – Отпусти его, пожалуйста, а то от его воплей у меня уже голова раскалывается.

Вылезший из-за пазухи вольда Бата всем своим видом показывал, что он бы предпочел избавить Шаман от головной боли каким-нибудь другим, менее гуманным способом, но уступая настоятельной просьбе….

Вопли бедного Гинды закончились так же резко, как и начались. Уши резанула непривычная тишина.