Повсюду сверкали бриллианты, переливались полотнища золотого шелка и великолепные гобелены, посвященные истории Авалона. В более темных участках зрительного зала горели золотые шары, похожие на тот, который год назад Лорел видела у Тамани, — это когда она чуть не утонула в Четко. На расставленных по залу тумбах из камня и дерева красовались живописные композиции из цветов и фруктов.

Лорел глубоко вздохнула и направилась вперед, раздумывая, где бы сесть. Она почувствовала, что Тамани куда-то исчез, и обернулась: и действительно, он стоял у арки и явно не собирался оттуда уходить.

— Эй, Тэм, пошли! — позвала Лорел.

— Я буду стоять здесь, но это только на время представления, а потом мы вместе пойдем на танцы.

— Ну уж нет! — Подойдя к нему, она взяла Тамани за руку. — Садись со мной. Пожалуйста!

— Не имею права. Здесь мне не место.

— А я говорю, проходи.

— Может, ты еще к королеве сядешь? — съязвил он.

— А вот и сяду!

В его голосе послышалась тревога.

— Я правда не могу. Не усложняй ситуацию.

— Тогда я останусь в дверях с тобой.

— Здесь место для меня. А там — для тебя… — Тамани махнул рукой в сторону обитых красным шелком стульев.

— Сейчас придет Джеймисон. Я уверена, он тоже будет настаивать, чтобы тебя пропустили к нам.

Тамани окинул взглядом стоящих на балконе Осенних фей, затем посмотрел на лавину Весенних, прорывавшуюся сквозь главный вход, и со вздохом произнес:

— Ладно.

— Ура! — В порыве радости Лорел встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.

Уже в следующее мгновение она пожалела о допущенной ошибке: отстраниться от Тамани было невозможно. Он повернулся и посмотрел на Лорел в упор. Фей был так близко, их носы почти соприкасались, она чувствовала его дыхание на своих губах и невольно придвинулась еще ближе. Тамани отвернулся.

— Веди, — проговорил он едва слышно. Лорел повела его на балкон. Она еще никогда не видела Тамани таким нервным, почти испуганным. Куда подевалась его самоуверенность? Он неуютно кутался в плащ, словно хотел в нем спрятаться. Девушка остановилась и, подбоченившись, смотрела на Тамани до тех пор, пока он не поднял на нее глаза.

— В чем дело? — спросила она.

— Зря я сюда пришел. Мое место не здесь.

— Твое место рядом со мной, — отрезала Лорел. В глазах Тамани появился страх, которого не было даже тогда, когда Барнс всадил в него пулю.

— Я зря сюда пришел. Я не такой!

— Не такой?

— Я не из тех, кто цепляется за девушку, которая выше тебя по статусу, ради личной выгоды. Клянусь, я ничего не подстроил. Я честно хотел дождаться тебя.

— Это из-за того, что ты Весенний? — жестко спросила Лорел. Несмотря на гул толпы, она все-таки понизила голос.

Тамани упорно отводил глаза.

— Я угадала! — взорвалась она. — Оказывается, не только остальные считают тебя феем второго… точнее, четвертого сорта, ты и сам согласен с ними! Почему?

— Так уж заведено в Авалоне, — пробормотал он, по-прежнему глядя в сторону.

— И неправильно заведено! — Лорел тряхнула фея за плечи, заставив посмотреть себе в глаза. — Да ты стоишь двоих Осенних! Я бы никому не доверила свою жизнь во всем Авалоне, кроме тебя! — Рискуя сильно обидеть Тамани, Лорел все же продолжила, зная, что он прислушается к этим словам. — Если ты ко мне относишься хоть вполовину так хорошо, как говоришь, тебя бы больше волновало мое мнение, а не чье-то еще.

Его глаза потемнели. После долгой паузы Тамани ответил.

— Ладно, — покорно, без улыбки кивнул он. Ситуация не располагала к веселью.

Фей двинулся за Лорел уже более уверенно, хотя и по-прежнему молча. Полы черного плаща обвивались вокруг его ног.

— Лорел! — раздался знакомый голос.

К ним шагнула Катя, одетая в роскошное шелковое платье, выгодно подчеркивающее ее фигуру. Над ее плечами раскачивались бледно-розовые лепестки, тон которых идеально совпадал с цветом платья. Легкие светлые локоны струились вокруг лица феи, над левым ухом сверкал серебряный гребень.

— Катя! — улыбнулась Лорел.

— Я так и думала, что ты придешь! — воскликнула та. — Это самый лучший фестиваль в году.

— Правда?

— Конечно. Праздник Нового года! Новые цели, новые предметы, новые уровни мастерства. Новое начало, которого ждешь целый год! — Катя взяла Лорел под руку и отвела ее в сторонку. — Похоже, Мару завтра переводят в подмастерья!

Героиня их разговора — темноглазая фея в великолепном пурпурном платье с таким низким вырезом, на который Лорел ни за что бы не отважилась, — стояла в дальнем конце балкона. Как и Катя, Мара тоже цвела: на ее спине виднелся скромный цветок с шестью остроконечными лепестками, напоминавший нарцисс.