Компания из купца с приказчиком и охранников веселилась за соседним столом, купец всё время шутил с хозяйской снохой, причём весьма сомнительно, но та только хохотала и отмахивалась. Столь же неприступной, как подавальщица в «Ржавом шлеме», она не выглядела — даром что мужняя жена.

Дело шло к закату, о котором хозяин нас предупредил. Всё верно, «час нечисти» приближается. А предупреждал он для того, чтобы дать понять: кто будет ночью ходить по двору, тот делает это на свой страх и риск. Так у всех странноприимцев здесь принято, потому как частокол частоколом, но иной твари и он не помеха. Я к приближению ночи был готов, моя «вампирка» с оставшимися патронами стояла у меня за спиной, прислонённая к деревянной стене.

В конце концов Лари не выдержала и сказала мне:

— Поговорим? — указав при этом на дверь.

Маша сделала вид, что внимательно прислушивается к спору гномов, которые обсуждали какие-то кузнечно-металлургические дела, а я преувеличенно вежливо показал на выход, подхватив двустволку, — за окном было уже темно.

Отошли под навес сарая для сена, возле которого и остановились. Пахло навозом и свиньями, посреди двора лежали два спущенных с цепи лохматых пса. В наших краях на собак внимания не обращают — на людей они даже не лают. А вот нечисть чуют почти всегда, для чего их и держат.

— Объяснись, — сказала Лари, сложив руки на груди и набычившись.

Тюрбан она снова намотала, а то бы её рожки прямо на меня уставились, будто тифлингесса бодаться собралась. В глазах у неё опять начал разгораться зелёный огонёк, который на этот раз почему-то меня не впечатлил.

— Мне объясняться? — усмехнулся я. — Пока командую этим отрядом я, объясняться будешь ты. Когда ты к нам примкнула, ты не протестовала против того, что я у руля. Так что объясняйся.

При этом я ещё и фамильярно ткнул в неё указательным пальцем.

— Это в чём? — даже чуть отшатнулась она.

Видать, с этой точки зрения она над проблемой пока не размышляла. А вообще-то не мешало бы подумать. Думать вообще полезно — меньше глупостей делаешь.

— Ты примкнула к нам, но со своей собственной целью. И в какой-то момент ты поставила всех под угрозу, своими делами занимаясь, — заявил я.

— Это не свои дела, — неожиданно спокойно ответила она. — Иган — отступник. За ним кровь. Он убил одного из сородичей, после чего ушёл служить колдуну без согласия Совета ордена. Это преступление.

— И? — кратко подтолкнул я её к продолжению речи.

— И в таких случаях орден посылает одного из лучших воинов покарать отступника, — продолжила она. — Назначает его палачом. Палач вызывает преступника на поединок, и тем свершается правосудие.

— А если преступник победит палача? — заинтересовался я таким способом совершения правосудия.

— Значит, боги удачи покровительствовали ему, и орден принял неправильное решение. Но чаще удача покровительствует палачу, — ответила Лари. — Я ждала Игана в Великореченске, изображая любовницу Василия, но произошло то, что произошло, и мне пришлось менять планы на ходу. Я отправилась с вами.

— Чудесно! — кивнул я, дослушав. — А теперь скажи, какова была цель моего отряда? Покарать Игана строго по тифлинговским правилам? Или какая другая? Оставаться и смотреть на вашу драку было самоубийством, мы бы оттуда не выбрались. Счёт шёл на минуты, нас уже начинали блокировать. А бросить тебя было бы подлостью — ты одна из нас. Значит, ты предлагала нам коллективное самоубийство в целях сохранения твоего палаческого реноме. Чтобы твой орден хорошо себя чувствовал. Умно!

— Вы отпустили Пантелея, — сказала она. — Ваше дело было закончено. Закончено в том виде, в каком вы его закончили. Вы выполнили всё, что предназначили себе. Лишь после этого я вызвала Игана на бой. А ты… у меня даже слов нет…

Она лишь сокрушённо покачала головой.

— Дело отряда не только дойти туда, но и вернуться оттуда, — сказал я жёстко. — Именно это мы себе предназначили, так что можешь считать, что выполнили к тому времени мы только половину.

Кто-то вышел из хозяйского дома во двор, приоткрыв дверь. Широкий силуэт показался в светящемся дверном проёме и шмыгнул во тьму, почти неслышно. Я снова повернулся к Лари, терпеливо ожидавшей продолжения моей речи:

— А я, как командир, отвечаю за каждого. И за тебя в том числе, если ты к нам примкнула, а не пошла сама искать своего Игана. Если бы сначала сказала, что ты его ищешь и намерена вызвать на поединок, я бы ещё подумал, принимать ли тебя. Или заранее сказал, что тогда мы тебя там и бросим, если это твоё дело чести поставит всё под угрозу. Но ты предпочла нам об этом не сообщать. Ты знала нашу цель, когда присоединялась, а мы не знали твоей.