Они сидели в ресторане «Телеграф», куда приехали пообедать. Неожиданно у Ёсты зазвонил телефон, который лежал наготове на столе. Они оба посмотрели на дисплей и увидели, что звонят из участка.

— К черту, хрена им всем. Есть вообще у человека право посидеть спокойно и пожрать? — сказал Эрнст, протягивая руку, явно намереваясь выключить телефон Ёсты, но взгляд напарника заставил его остановиться.

Был самый разгар обеденного времени, и посетители ресторана недовольно оборачивались, чтобы посмотреть, кому там приспичило разговаривать и мешать людям есть. Но Ёста очень спокойно встречал их взглядом и намеренно говорил громче, чем обычно. Закончив разговор, он положил деньги на стол, поднялся и сказал Эрнсту:

— Идем, есть работа.

— А подождать это никак не может? Я, между прочим, еще кофе не пил, — заявил Эрнст.

— Ничего, потом попьешь, в участке. А сейчас нам надо забрать одного малого.

Во второй раз за день Ёста ехал в Булларен, но сейчас он сам сидел за рулем. Он рассказал Эрнсту о том, что ему сообщила Анника, и через полчаса они добрались до места. У дороги, недалеко от дома, топтался молодой парень, наверняка тот самый, который им нужен. Они остановились и вышли из машины.

— Это ты Лелле? — спросил Ёста.

Парень кивнул. «Вот кому охранником работать, — подумал Ёста, разглядывая рослого, накачанного, с бычьей шеей и здоровенными кулачищами малого, — или вышибалой, или в братки податься». Но, выходит, браток-то оказался совестливый.

— Ты нам звонил, так что давай начинай рассказывать, — сказал Ёста.

— Да уж, тебе же будет лучше, если начнешь выкладывать, и побыстрей, — добавил Эрнст со своей обычной агрессивностью.

Ёста взглядом попытался дать ему понять, что давить на парня не следует. Тут совершенно не требовались Эрнстовы штучки.

— Ну да, я там сказал девахе в участке, ну, мы с Кеннеди вроде как облажались вчера.

«Значит, облажались», — подумал Ёста. Да, судя по всему, парня использовали втемную.

— Да, и что же произошло? — поощрил Ёста парня продолжать.

— Ну, мы, типа, слегка помяли того перца, что в родственниках у Якоба.

— Йохана Хульта?

— Ну да, вроде как его.

И парень продолжал взволнованно:

— Гадом буду, я не думал, что Кеннеди его так отделает, мне он лапши навешал, что ему, типа, перетереть надо с тем перцем и пугнуть его чуток, и все, и все дела.

— Но все вышло по-другому? — Ёста постарался, чтобы его вопрос звучал участливо, но у него ничего не получилось.

— Да, он, типа, мне впаривал, какой Якоб клевый и что тот, который Йохан, Якобу подставу заделал, и что все это лажа, и что Кеннеди хотел, чтобы он от этого отказался. А когда он Кеннеди, типа, послал, тот и начал его месить.

Лелле остановился, чтобы перевести дух. Ёста изо всех сил надеялся, что все понял правильно, хотя полной уверенности у него не было: нынешняя молодежь по-людски разговаривать просто не умеет.

— Ну а ты-то сам что там делал? В садике цветочки нюхал? — спросил Эрнст грубо и тут же получил еще один предупреждающий взгляд от Ёсты.

— Я, типа, его держал, — сказал Лелле тихо. — Я его держал за руки, чтобы он не мог отбиваться. Но я же не знал, что у Кеннеди крыша поехала, гадом буду.

Он перевел взгляд с Ёсты на Эрнста.

— Что теперь со мной будет? Что, меня из коммуны заберут и заметут в тюрягу?

Ёста видел, что этот здоровенный парень готов заплакать, он стал похож на маленького испуганного мальчика. И Ёсте не потребовалось делать над собой усилие, чтобы говорить с ним мягко, по-отечески.

— Мы разберемся со всем этим немного позже и, я думаю, сможем все решить. А сейчас нам пора побеседовать с Кеннеди. Ты можешь подождать здесь, пока мы съездим и заберем его, или посидеть в машине. Как хочешь, выбирай сам.

— Я лучше в тачке побуду, — сказал Лелле. — Ребята все равно узнают, что это я на Кеннеди настучал.

— Ну ладно, тогда поехали.

Они подъехали к дому. Та же женщина, которая открывала Ёсте и Мартину утром, опять стояла в дверях, и на этот раз ее раздражение заметно выросло.

— Ну а сейчас-то вам что надо? Нам теперь что, для полицейских специального швейцара заводить? По-моему, это просто неслыханно, после долгих лет нашего плодотворного сотрудничества с полицией это…

Ёста поднял руку, прерывая ее, очень серьезно и официально он сказал:

— У нас сейчас нет времени для дискуссий. Нам нужно побеседовать с Кеннеди, и немедленно.

Женщина моментально поняла, что он не шутит, и тут же позвала Кеннеди. Когда она обратилась к ним снова, тон у нее был значительно менее агрессивный: