— Имоджин тут ни при чем, — произнес Маркус.

Что-то внутри его тихо упрекнуло: «Второй раз за сегодняшний день ты солгал ему».

— Вот и отлично. — Предостерегающие нотки не исчезли из голоса Конрада, но все же было заметно, что ответ Маркуса его успокоил. — Что-то я устал, пойду вздремну немного перед ужином.

То, что с утра выглядело и пахло как свежая зеленая трава, теперь превратилось в грязь и пыль. Во второй половине дня, незадолго до наступления сумерек, Жуглет расхаживал с Атлантом по периметру турнирного поля. Он хотел довести до сведения всех, что коня подарил ему Виллем.

— Эй! Жуглет! — послышался задорный женский голос откуда-то сбоку. — Говорят, ты песню сочинил! Мы хотим послушать! — раздался звонкий хохот двух женщин.

Оглянувшись на зов, менестрель немедленно заулыбался. Жанетта и Марта, с неизменными алыми повязками на рукавах, спешили к нему.

— Голубушки мои! А у меня для вас подарочек!

С этими словами Жуглет быстро и ловко развязал завязки Уродливого пестрого плаща, подарка Конрада.

— В честь благородства и щедрости нашего победителя. Кто хочет?

Плащ приняла Марта, но лишь из деликатности, после того как Жанетта скорчила брезгливую мину.

— Он был великолепен, правда? — начала Жанетта таким тоном, что становилось ясно: она хочет помучить Жуглета. Женщина отбросила с лица длинную прядь волос. — Что за мускулатура! А эти мощные бедра, эти ноги, которыми он сжимал бока жеребца! О-о, нет слов, можно просто с ума сойти! Это же тот самый конь, да? Разве тебе не завидно, что твой герой весь день напролет скакал на нем?

Она расхохоталась.

Марта с удовольствием поддержала ее:

— Бог, настоящий бог! Только подумай, сколько сил у него осталось после ночи с блудницей!

И женщины опять расхохотались.

Лицо Жуглета исказила боль. Он произнес медленно, словно каждое слово давалось ему с великим трудом:

— Что ж, спрошу, раз уж вам так этого хочется: и много ли пыла он истратил в объятиях Марты?

Марта продемонстрировала серебряную монету.

— Вот это мне дали за молчание, — весело произнесла она. Недовольно замычав, Жуглет развязал затянутый шнурком кошель, извлек оттуда монетку и показал ее Марте.

— Вот это ты получишь, если нарушишь молчание.

Марта взяла монету, спрятала в кошелек на поясе и произнесла с усмешкой:

— За столько я не скажу даже, какого размера у него копье.

Лицо Жуглета вспыхнуло от нетерпения и раздражения.

— Сколько же ты хочешь? Скверные женщины, вы меня совсем разорите.

Проститутки переглянулись и захихикали. Марта махнула рукой.

— Не надо больше денег, — покачала головой она. — Я даже за вознаграждение не смогу сказать, какого размера у него копье. Потому что чего-чего, а этого я не видела!

Жанетта подтолкнула ее локтем.

— Вообще-то мы не всегда что-нибудь видим, хотя размер и не глядя можно определить.

Подруги от хохота чуть не повалились друг на друга.

Жуглет прилагал отчаянные усилия, чтобы перестать нервно моргать.

— Что ты имеешь в виду?

Это слова были произнесены встревоженным шепотом.

— Ну, он сказал, что ему нужно поберечь силу для завтрашнего турнира, — заговорщицки сообщила Марта. — Не знаю уж, правда ли дело в этом, но он заплатил очень хорошо за то, чтобы я потом рассказывала, будто у нас все было.

Вид у Жуглета сделался совсем изумленный.

— Но он же… в Бургундии есть вдова, и я знаю, что… а как тебе показалось, если бы не… он бы знал, что делать?

— Золотко мое, я на провидицу не училась! — шутливо заявила Марта. — Я знаю только то, что есть. А есть то, что он до меня не дотронулся. Но при этом хотел, чтобы я распустила слух, будто у нас была ночь любви.

Жуглет махнул рукой.

— Учитывая обстоятельства, со второй частью все ясно: мы оба отправились в бордель, чтобы продемонстрировать друг другу свою нормальность. Хотелось бы узнать побольше о первой части.

— Она же сказала, что ничем не может помочь, — улыбнулась Жанетта. — Наверное, тебе придется самостоятельно во всем разобраться.

По ее лицу было видно, что при всем сочувствии к Жуглету ситуация забавляет ее.

Менестрель скорчил кислую мину и поворотил Атланта к замку.