Теперь мистер Паркер Пайн говорил с Клодом как мастер, наставляющий любимого ученика:

— Милый мой Клод, считайте, что вы совершили акт милосердия. Вы дали несчастной женщине то, в чем она нуждалась: роман. Женщине не нужна страсть — рано или поздно она разлетится вдребезги и оставит лишь боль. Роман же она всегда сможет сохранить в своем сердце и греться им долгие годы. Я знаю людей, мой мальчик. Говорю вам: подобного эпизода ей хватит на долгие годы.

Он кашлянул.

— Так что мы полностью выполнили свои обязательства перед миссис Пакингтон.

— Все равно, — пробормотал Клод, — мне это не нравится.

И ушел. Мистер Паркер Пайн достал из стола чистую папку и написал на обложке:

«Спонтанные проблески совести у закоренелого жиголо. Примечание: взять под наблюдение».

У дверей офиса Паркера Пайна майор Уилбрэхем замялся, достал из кармана утреннюю газету и прочел — в который уже раз — приведшее его сюда объявление. Там черным по белому было написано:

ЧАСТНЫЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ

Счастливы ли вы? Если нет — обращайтесь к мистеру Паркеру Пайну, Ричмонд-стрит, 17.

ФЛОРА. — Я так устала ждать! — Д.

ФРАНЦУЗСКАЯ СЕМЬЯ ПРЕДОСТАВИТ обеспеченным гостям жилье в пятнадцати минутах езды от Парижа. Большой особняк, современные удобства, превосходная кухня. Возможны уроки французского.

Вдохнув поглубже, майор решительно толкнул дверь в приемную. Невзрачная девушка, печатавшая там на машинке, подняла голову и вопросительно на него взглянула.

— К мистеру Паркеру Пайну, — выдавил майор Уилбрэхем, краснея.

— Сюда, пожалуйста.

Она встала и проводила его в кабинет к благожелательному мистеру Паркеру Пайну.

— Доброе утро, — приветствовал он гостя. — Не желаете ли присесть? А теперь, — продолжил он, — расскажите, что я могу для вас сделать.

— Меня зовут Уилбрэхем, — начал майор.

— Полковник? Майор? — поинтересовался мистер Паркер Пайн.

— Последнее.

— Ага! Недавно из-за границы? Индия? Восточная Африка?

— Африка. Восточная.

— Прекрасная страна, я так полагаю. Итак, вы дома — и вам здесь неуютно. Проблема в этом?

— Вы абсолютно правы. Но откуда…

Мистер Паркер Пайн величественно отмахнулся.

— Могу вас заверить, майор Уилбрэхем, что девяносто шесть процентов отставных строителей империи — как я их называю — испытывают разочарование. Они несчастливы здесь. Оставив бурную жизнь, полную опасностей и приключений, что они обрели? Вечную стесненность в средствах, унылый климат и общее ощущение рыбы, вынутой из воды.

— Все это верно, — подтвердил майор. — Что меня больше всего бесит, так это скука. Да еще эти бесконечные сельские пересуды. Но что я могу? У меня есть кое-какие средства помимо пенсии, отличный домик возле Кобхэма — но вот, скажем, охотиться мне все равно не по карману. Я не женат. Соседи очень милые люди, но ограниченные, как все островитяне.

— Иначе говоря, проблема в том, что жизнь в Англии кажется вам чересчур пресной.

— Чертовски пресной, — согласился майор.

— А вам хотелось бы риска, возможно, даже — настоящей опасности?

Майор уныло пожал плечами.

— Это же пансион благородных девиц, а не страна. Какие тут опасности?

— Прошу прощения, — решительно возразил мистер Паркер Пайн, — но здесь вы ошибаетесь. Лондон полон опасностей и самых невероятных приключений. Вы просто не там ищете. Вы видите только внешнюю сторону жизни, размеренную и безмятежную, но есть и другая. Если хотите, я покажу ее вам.

Майор Уилбрэхем взвесил предложение. Мистеру Паркеру Пайну отчего-то хотелось верить. Этот крупный мужчина производил впечатление исключительной компетентности.

— Должен, однако, предупредить, — добавил мистер Паркер Пайн, — что это может оказаться опасным.

Глаза майора просветлели.

— Хорошо, — кивнул он и коротко спросил: — Сколько?

— Это обойдется вам, — сообщил мистер Паркер Пайн, — в пятьдесят фунтов, выплаченных авансом. Если через месяц жизнь будет казаться вам столь же пресной, я верну вам деньги.

— Справедливо, — отозвался майор по некотором размышлении. — Весьма справедливо. Я выпишу вам чек сейчас же.

Сделка состоялась, и мистер Паркер Пайн нажал кнопку селектора.