Шрифт:
— Да вроде ничего, — сказал Кенло.
Он выудил из кармана смятую пачку из-под сигарет и поджег ее зажигалкой. Пламя искривилось в сторону, противоположную от входа. Кенло сбросил горящий комок бумаги вниз. Он неслышно скатился и рассыпался искрами, когда достиг дна.
— Все еще горит, — заметил археолог. — Ну, я спускаюсь.
— Надеюсь, внизу нет рудничного газа, — пробормотал Брендон.
— Это вам не угольная шахта. Обыкновенный провал в пещере, чтоб мне пропасть.
Держась поближе к скале, они стали осторожно спускаться по крутому уступу. Конечно, опытный скалолаз мог бы обойтись без страховки, но спуск был коварный, и любой неверный шаг грозил падением головой вниз во тьму.
Они прошли уже половину спуска, и тут Кенло задержался, всматриваясь в каменную стену. Подсвечивая себе фонарем, он вытащил геологический молоток и стал осторожно постукивать по камню.
— Нашли что-нибудь?
Брендон развернул свет своего фонаря на объект любопытства археолога и увидел слой более светлого камня, идущий вдоль скалы.
— Образчик породы, — пояснил Кенло, торопливо высвободил образец и засунул его в один из своих вместительных карманов. — Рассмотрю его повнимательнее у себя в лаборатории — вдруг на нем обнаружатся следы инструментов или что-нибудь в этом роде.
Дно провала мало чем отличалось от пола в пещере, откуда они спускались, за исключением отсутствия мусора, что свидетельствовало о присутствии человека. Воздух там был прохладный и довольно свежий, хотя отдавал вечной сыростью места, куда никогда не проникают солнечные лучи.
— Интересно, когда тут в последний раз кто-нибудь бывал? — спросил Брендон, осветив фонарем неровный пол.
Дно было усеяно щебнем и обломками камня и покрыто губчатым гуано летучих мышей и пылью. Любые следы очень скоро пропали бы на такой поверхности.
— Трудно сказать, — ответил Кенло. Он зачерпнул пригоршню гравия и принялся рассматривать его в свете фонаря. — Бывало, конфедераты забредали в такие места в поисках соляного камня. Может, и Бард Уорнер спускался сюда, но держу пари, этот морион, скорее всего, подобрал какой-нибудь горец неизвестно где и выбросил на эту свалку.
— Не человеческие ли это кости? — спросил Брендон.
Кенло запихал пригоршню гравия в один из своих карманов и перебрался туда, где сидел на корточках Брендон. Возле стены лежал большой камень. Вокруг валялись вперемешку со щебнем расщепленные кости. Археолог выудил фрагмент ребра. Он раскрошился в его руках, и под слоем каменной пыли показалась белая кость.
— Древний скелет, — пробурчал Кенло, разгребая щебень. — Может, индеец.
— Значит, все-таки человеческий?
— По-моему, это погребальная пирамида. Но захоронение раскопано, и кости разбросаны вокруг. Крупные кости вообще размозжены.
— Может, он разбился при падении.
Кенло покачал головой:
— Взгляните, как расколота эта бедренная кость. Похоже на то, что кто-то расколол кости, чтобы высосать мозг.
— Животное?
— А кто же еще?
Внезапно Кенло наклонился и принялся копаться в щебне. Толстыми пальцами он ухватился за то, что выглядело как плоский камень. Археолог с усилием потянул его и вытащил помятый кусок ржавого железа.
— Фрагмент кирасы! Черт меня побери, да этот скелет был в доспехах! Ну-ка, помогите мне разобрать эти камни.
Вместе они сдвинули бутовую пирамидку, причем Кенло восторженно фыркал, отбрасывая камни и обломки скелета. Брендон сам увлекся неожиданным открытием, но тем не менее подумал, что вряд ли это можно назвать аккуратными раскопками. Тем временем Кенло продолжал энергично раскидывать камни и кости, пока не показалась чистая поверхность породы.
Археолог присел на камень и закурил сигарету.
— Мало что можно сказать, — пожаловался он. — Просто разбитые кости и куски ржавого железа. Как он здесь оказался? Были ли с ним другие люди? Что это за люди? Что они здесь искали?
— Разве не достаточно того, что вы обнаружили могилу конкистадора?
— Это трудно доказать, пока я не исследую все образцы в Лаборатории, — проворчал Кенло. — Может, это вообще американский солдат времен Войны за независимость — в европейских армиях металлические нагрудники носили вплоть до нашего века. А может, это индеец, захороненный с племенными реликвиями.