Шрифт:
Саркар протянул руку и нажал несколько клавиш.
— Эта рабочая станция, — пояснил он, — может каждую секунду генерировать сотни тысяч случайных строк длиной в 39 символов. — Он показал на цифру, появившуюся на экране. — Но даже при такой огромной скорости ей потребуется 2x1043 лет — в триллионы раз больше всего времени существования Вселенной, — чтобы набрести именно на эту строку Марло, при условии, что она каким-то образом сможет перебирать их все подряд.
Питер кивнул:
— Это как с теми обезьянами.
Саркар запел:
— И вот мы идем…
— Нет, не эти обезьяны, о которых ты подумал. Бесконечное количество обезьян, стучащих по клавиатурам компьютеров. Они никогда не напечатают точный экземпляр тома Шекспира, сколько бы ни старались.
Саркар улыбнулся:
— Это из-за того, что они работают вслепую. Но эволюция не слепа. Она кумулятивна. Каждое поколение чуть лучше предшествующего, если исходить из критериев отбора, налагаемых средой. Посредством кумулятивной эволюции можно перейти от абракадабры к поэзии, или от уравнений к рыбам, или даже от плесени к человеческим существам поразительно быстро. — Он тронул одну клавишу и посмотрел на экран. — Вот чисто случайная последовательность из тридцати девяти символов. Будем считать ее исходным организмом. На экране появилось:
000 wtshxowlveamfhiqhgdiigjmh rpeqwursudrrfe
— Посредством кумулятивной эволюции компьютер может перейти от этой случайной начальной точки к желаемой конечной точке всего за несколько секунд.
— Как? — спросил Питер.
— Пусть в каждом поколении одна строка текста может породить тридцать девять потомков. Но, как и в реальной жизни, потомки не вполне тождественны предку. Вместо этого в каждом из потомков один ген — одна буква — будет другой, соседней с отцовской вверх или вниз по алфавиту: так, например, Y может превратиться в X или в Z.
— Понял.
— Для каждого из тридцати девяти потомков компьютер определит, какой из них больше всего подходит к данной среде — какой ближе всего к этой строчке Марло, нашему идеалу наиболее приспособленной формы жизни. Затем одному из них — наиболее приспособленному — будет дана возможность размножаться в следующем поколении. Понимаешь?
Питер кивнул.
— Хорошо. Мы позволим эволюции продвинуться на одно поколение. — Саркар нажал еще одну клавишу. Тридцать девять совершенно одинаковых на вид строк появились на экране, и мгновение спустя тридцать восемь из них исчезли. — Вот наиболее приспособленный потомок. — Он указал на экран:
000 wtshxowlveamfhiqhgdiigjmh rpeqwursudnfe
001 wtshxowlvdamfhiqhgdiigjmh rpeqwursudnfe
— На первый взгляд это не очень заметно, но нижняя строчка чуть ближе к конечной цели, чем исходная.
— Я не вижу никакой разницы, — сказал Питер. Саркар пристально вгляделся в экран.
— Десятая буква изменилась, вместо Е стоит D. В целевой строке десятый символ — это пробел между словами «where» и «hell». Мы пользуемся циклическим алфавитом, считая пробел буквой, расположенной между А и Z. D ближе к пробелу, чем Е, так что эта строка немного лучше — чуть более приспособлена. — Он нажал еще на одну клавишу. — Теперь запустим эволюцию до конца — ну вот и готово.
Питер поразился:
— Как быстро.
— Кумулятивная эволюция, — торжествующе изрек Саркар. — Потребовалось всего 277 поколений, чтобы перейти от абракадабры к Марло — от хаоса к сложной структуре. Вот смотри, я буду показывать лишь каждое тридцатое поколение, причем гены, достигшие своих конечных состояний, как в нашей строке-образце, будут выделены прописными буквами.
Несколько нажатий на клавиши. На экране появилось:
000 wtshxowlveamfhiqhgdiigjmh rpeqwursudnfE
030 wttgWoxmvdakgiiphfdHghili SteqwursudnfE
060 xrtgWoymwccigihpiddHfihll StesxuovvapdE
090 xqugWm nzccfhihomcdHfihkM StcuyunwzpdE
120 ypudWI p bcEijhmnbbHfihkMzSTbWyvmvwyrcE
150 zpvdWj R aeEjIhlqbzHfigkMyST WyvkvwvsBE
180 AozcWibR fEklhkrbyHEjgiMyST W wjvwtuBE
210 ANzaWHERd HELLhISawHEjEiMwST WbwgvxsuBE
240 AND WHERE HELLfIS THEnEiMUST WdwEVzszBE
270 AND WHERE HELLcIS THEREbMUST WE EVER BE
Он нажал еще несколько клавиш.
— И вот пять последних поколений.
273 AND WHERE HELLcIS THEREaMUST WE EVER BE
274 AND WHERE HELLbIS THEREaMUST WE EVER BE
275 AND WHERE HELLalS THEREaMUST WE EVER BE
276 AND WHERE HELL IS THEREaMUST WE EVER BE