— А я рад, что ты жив, — ответил Андрей.

— Вероятно, ты спрашиваешь себя почему, — прошепелявил Абу Дун. — Если ты нашел ответ, поделись им со мной. Мне еще не доводилось слышать, чтобы Цепеш оставил в живых мусульманина. Но если он и хотел расправиться со мной, то почему-то не сделал этого.

Пират попытался распрямиться, но только застонал, когда железные оковы врезались в его израненные запястья.

— Выходит, ты знал, кто он, — сказал Андрей.

— Я слышал о нем, — с трудом произнес Абу Дун, не переставая стонать. — Черный ангел — худший из рыцарей ордена дракона. Но я не знал, что это он и есть. Это значит, что немногим довелось до сих пор увидеть его лицо.

— Откуда же ты знаешь…

— Потому что я не глухой, — перебил его Абу Дун. — Вы достаточно громко говорили.

— Ты прикинулся потерявшим сознание?

— Это произошло само собой. Какое удовольствие мучить человека, если он не чувствует боли? Я не очень храбрый, я уже говорил тебе об этом.

— Ты лжец.

Абу Дун снова попытался изменить позу, и на этот раз успешно.

— Надеюсь, ты еще раз продумаешь свою исходную позицию. Дракула изобретателен.

— Думаешь, он сохранит тебе жизнь? Или хотя бы сдержит данное слово?

— Нет, — признался Абу Дун, подумав. На его лице появилась вымученная улыбка. — Если ты действительно колдун, то сейчас было бы самое время показать несколько фокусов.

— Если бы я умел колдовать, мы бы не находились тут, — ответил Андрей.

— Я как раз этого и боялся, — вздохнул Абу Дун. — А что нам теперь делать?

— Ждать, — ответил Андрей. — У тебя есть идея лучше?

— Нет. Но что я совершил, что Аллах так наказал меня?

— Я могу объяснить. Только, боюсь, времени на это не хватит.

Андрей осторожно пошевелил руками. Было очень больно, но, вопреки ожиданию, ему это удалось. Он попытался дернуть за цепь, но понял, что это бессмысленно. Она была такой прочной, что могла бы удержать и быка.

— Это безнадежное дело, — сказал Абу Дун. — Дракула понял, на что ты способен. И парень тоже. Я видел это.

Андрей молчал, хотя ему было ясно, какой намек содержится в этом с виду невинном замечании.

— Не дай мне глупо умереть, колдун, — попросил пират. — Открой свою тайну. Это твой долг мне.

— Ты не умрешь, — уверенно сказал Андрей. — И запомни: я тебе ничего не должен.

— О каждом из этих двух высказываний мы могли бы с тобой долго спорить, — сказал Абу Дун. — Итак?

— Я не могу сделать это, — сказал Андрей. — Поверь. Я сам не знаю. В один прекрасный день я проснулся, и… все было уже так. — Он сомневался, продолжать ли. — Мальтус… золотой рыцарь, которого я убил, кое-что рассказал мне. Но я не знаю, правда ли это.

— Я видел, как парень пил кровь, — заметил Абу Дун. — И не один раз.

Андрей знал, что он хочет этим сказать, но не собирался останавливаться на этой теме.

— Это не его вина, — только и сказал Деляну. — Я не знал этого, но мальчик видел, что произошло, когда умирал Мальтус. Он все неправильно понял. Он должен был это неправильно понять. Вообще-то тут есть моя вина. Мне следовало объяснить ему.

— Что объяснить? Что вы должны пить кровь, чтобы остаться в живых?

— Но это не так! — Андрей сам был немного испуган горячностью, с которой возразил. — Не обязательно так.

— Тогда мне просто привиделось.

— Нет. Но мы не становимся сильнее, когда пьем кровь обычного человека. Это должен быть один из нас. Такой же, как и мы. Я сам не знал этого, пока не выпил кровь Мальтуса.

При одном только воспоминании о страшном переживании своей первой трансформации его голос задрожал. Это было ужасно — самый мучительный и одновременно самый опьяняющий опыт его предыдущей жизни. Невозможно было объяснить Абу Дуну, что он при этом испытал, так как он и сам не вполне понимал, как все произошло. Но Андрей попытался.

— Я долгое время считал, что я единственный, — начал он. — Не знал, что есть и другие такие же, как я. Не знал, что мы должны пить кровь себе подобных. Вероятно, это цена, которую мы платим за то, что существуем.

Абу Дун зажмурился.

— Вы должны убивать друг друга, чтобы жить? Я не верю в это.

— Но это так, — продолжал Андрей. — Я не верю, что это кровь… Это всего лишь способ… символ, если хочешь. Жизненная сила, которую мы вбираем в себя.