Убить искры, конечно, никого не могли. Солону не хватало магии даже для схватки с одним вюрдмайстером, не говоря уже о целой троице. Однако их внимание на миг отвлеклось, мышцы напряглись, и огонь перестал их слушаться. Не успели колдуны начать все сначала, как обнажились три меча, воины пустили коней в галоп, и через минуту два вюрдмайстера лежали убитыми.

Солон направил искру в возчика, но тот поставил защиту. Точнее, просто дохнул. Искра погасла, не успев прикоснуться к нему, будто горящая ветка, брошенная в океан. В ответ вюрдмайстер пустил на Солона поток огня. Пламя с ревом устремилось к жертве, будто из драконьей пасти.

Защиты от подобного не существовало. Солон выскользнул из седла и, падая на землю с намерением скатиться с дороги, послал в колдуна еще одну искру.

Тот понял, что она все равно пролетит мимо, и, не обращая на нее внимания, вызвал еще пятьдесят футов огня. Пламенный столб, будто живое существо, устремился в сторону Солона. Искра тем временем опустилась на круп старой лошади. Та, и так перепуганная запахом крови, суетой вокруг и потусторонними вспышками, с силой дернулась, встала на дыбы и забила в воздухе копытами.

Вюрдмайстер за ревом огня не различил конского ржания. Только что он управлял столбом пламени, в следующий миг получил удар копытом в спину. Колдун упал на четвереньки и, хватая ртом воздух, принялся озираться. Тут лошадь рванула вперед, и повозка переехала колдуна.

Солон вылез из канавы, тянувшейся по краю поля. Лошадь с повозкой вихрем промчалась мимо. Конь Солона, конечно, был мертв. Дымящаяся куча посреди дороги, запах горелой шерсти и паленого мяса — вот и все, что от него осталось. Тела погибших воинов тлели — пламени больше не было. Колдовской огонь перемещался с немыслимой скоростью, но секунд через десять гас.

«Десять секунд? — подумал Солон. — Неужели все случилось так быстро?»

Стук копыт вернул его в действительность. Он поднял голову и взглянул на суровое и спокойное лицо лорда Джайра.

— Стало быть, ты маг, — сказал герцог.

— Да, милорд, — нехотя ответил Солон.

Правда обнаружилась сама собой. Герцог решил не хитрить. Другой на его месте, столкнувшись с такой неожиданностью, притворился бы, что давно догадался о магических способностях Солона, а позднее прикинул бы, как поступить. Герцог Джайр не любил играть в такие игры. В этом состояла его сила и одновременно слабость.

— Стало быть, ты связываешься с другими магами и передаешь им сведения обо мне.

— Я связываюсь только лишь… только с друзьями, милорд.

Слова Солона прозвучали неубедительно, он прекрасно это понимал. Однако не мог поверить в то, что все заканчивается подобным образом. С Регнусом его связывали десять лет дружбы.

— Верные вассалы не шпионят за своими лордами, — произнес герцог Джайр. — Сегодня ты спас мне жизнь, Солон, но долгие годы меня предавал. Как ты мог?

— Я не…

— Благодаря тебе я жив, оставлю в живых и тебя. Уходи. Возьми другую лошадь и исчезни с моих глаз. Если еще раз попадешься мне на пути, я тебя убью.

Дориан велел Солону оставаться с лордом Джайром. Сказал, что от этого зависит его судьба и судьба целого королевства. «Произнесешь слово — или промолчишь, — и король умрет». Но Дориан не упомянул, как долго Солон должен служить лорду Джайру. Поклонившись другу и взяв поводья у растерянного воина, Солон отвернулся от герцога.

«Спас ли я сегодня Сенарию или обрек на гибель?» — подумал он.

День выдался безумный. Сначала Кайлар разыскивал Логана, потом они вместе искали того, кто мог бы достать пригласительный. Затем Кайлар отправился на поиски Дарзо, однако тот исчез, оставив, как всегда, краткую записку: «На деле». Мокрушник никогда не посвящал Кайлара в подробности своих заказов, но в последнее время стал еще более скрытным, как будто желал возвести между ними невидимую стену, чтобы было легче убить ученика, как только настанет время.

Впрочем, окажись Дарзо дома, пришлось бы рассказывать ему о неудачном разговоре с Эленой и о том, что теперь охрана вокруг дома Джадвинов, возможно, усилится, так что Кайлар не очень-то расстроился. О том, что он тоже приедет на праздник, теперь знал Логан, так что предстояло отправляться туда без маскировки. Если Элена увидит Кайлара, она непременно скажет хозяйке.

Чтобы не столкнуться с Эленой на улице, Кайлар отправился на вечер в экипаже, хоть это и выглядело несколько странно: молодые сенарийские аристократы обычно ездили верхом. Коляска остановилась возле самых ворот. Кайлар протянул Бирту приглашение. Стражник, естественно, его не узнал. Изучив пригласительный, он жестом позволил Кайлару войти. Стражу на входе не поменяли, что обнадеживало. Стало быть, охраны Джадвинам недоставало, и во время празднества безопасность должны были обеспечивать люди, работавшие с самого утра. Элене хозяева, возможно, не поверили. Мыслимо ли это? Девушка-прислужница толкует о планах мокрушников?