Мамочке К. Рот никогда не нравился, но судьба редко сводила ее по работе с людьми, приходившимися ей по вкусу. Быть нелюбезной с Ротом она не могла себе позволить — в Са'каге он считался восходящей звездой. Рот отличался умом и исключительной способностью преображать все, чего бы ни коснулась его рука. Он возник по окончании межцеховой войны, внезапно стал хозяином «Красных бандитов» и в два счета подчинил себе половину Крольчатника.

Разумеется, все происходило не без участия Са'каге. Началась история Рота Гримсона с убийства Дарзо Блинтом Корбина Фишилла. Девятеро, конечно, терялись в догадках: «Как Рот умудрился прибрать к рукам столь обширную территорию?» Расспросы Мамочки К. ему досаждали, но он помалкивал. Скажи она слово, и ему никогда не стать одним из Девятерых; отдай соответствующее распоряжение, и его мгновенно отправят на тот свет. Рот прекрасно понимал, с кем имеет дело.

Ему было под тридцать. Молодой, грозного вида человек, он в любом обществе держался как принц среди попрошаек. Обладатель близко посаженных голубых глаз и черных волос, Рот обожал изысканные наряды. Сегодня на нем была серая блуза со шнуровым орнаментом острова Планга, только-только вошедшим в моду, такие же штаны и высокие сапоги, отделанные серебром. Прядь напомаженных волос то и дело спадала ему на глаза.

— Если вам когда-нибудь прискучит нынешнее занятие, можете взять на себя управление одним из моих заведений. — Мамочка К. сказала это лишь для того, чтобы взглянуть на реакцию Рота. — У вас получится. Мужчины вам будут очень признательны.

Он засмеялся.

— Буду иметь в виду.

Они сидели рядом за столиком, стоявшим у внешней ограды балкона. Рот знаком велел прислуге подавать завтрак. Ему явно хотелось, чтобы гостья восхитилась его имением и чтобы спросила, почему он решил поселиться в Крольчатнике.

Мамочка К. не желала доставлять ему такого удовольствия. К тому же она уже провела небольшое расследование и нашла ответ на этот вопрос. Рот Гримсон обосновался в Крольчатнике по ряду причин. Во-первых, ему принадлежал небольшой кусок прибрежной части города, что позволяло втихую заниматься контрабандой. Во-вторых, этот участок земли он купил за сущие гроши, но сэкономленной суммы, увы, давно лишился: дом строили большей частью жулики; растаскивать что плохо лежит им с удовольствием помогли вытесненные с нажитого места нищие. Ни те, ни Другие никак не могли взять в толк, что понадобилось дураку богачу в их районе. Воров, попадавшихся на месте преступления, нещадно избивали. Пятерых или шестерых, насколько было известно Мамочке К., даже убили. Гримсон и теперь любого, кто совался на его территорию без специального разрешения, велел убивать на месте.

Высокие стены особняка были утыканы битым стеклом и металлическими кольями. Охраняемый командой здоровяков громадина дом нагонял на местных жителей страх, и они больше не смели сюда наведываться. Неопытные воры либо уже попытали счастья и поплатились за это, либо услышали о том, какая участь постигла их собратьев. А профессионалы знали, что проще и безопаснее пересечь Ванденский мост и поживиться на другом берегу.

Сады Рота Гримсона пленяли великолепием, но деревья и цветы в нем росли сплошь приземистые, ибо ничто не должно было загораживать обзор стрелков-убийц. Кроваво-красные, желтые, зеленые и оранжевые краски сада резко контрастировали с серостью и унылой бесцветностью Крольчатника.

Прислуга принесла первое блюдо — засахаренные дольки апельсина-королька. Рот приступил к еде, вскользь заметив, что выдалась чудесная погода. Ничего более остроумного, как видно, не пришло ему в голову, впрочем, Мамочка К. на другое и не рассчитывала.

Когда подали горячую зобную железу, Рот распространялся о редких растениях в своих садах. Он страдал присущей всем новоиспеченным богачам страстью поразглагольствовать о том, сколько что из его окружения стоит. И не догадывался, что Мамочка К. может точно определить, какие суммы он тратит на ведение хозяйства, единожды взглянув на прислугу и на угощения. Когда же он перейдет к главному? — все гадала она.

— В зале Девятерых освобождается место, — сказал Рот.

Он сменил тему слишком внезапно. Ему следовало рассказать о каком-нибудь курьезном случае, приключившемся в ходе его работы, и лишь после этого плавно перейти к Девятерым. Мамочка К вдруг усомнилась в том, что он подходит для столь высокого поста.

— Верно, — сказала она, не намереваясь подстраиваться под его правила.

Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо в огненно-оранжевые тона. День обещал быть жарким; уже теперь можно было спокойно снять с плеч шаль.

— Я шесть лет работал с Финеасом Сератсином и разбираюсь в делах лучше, чем кто бы то ни было.

— Вы работали наТрематира, не сним.

Рот сверкнул глазами, однако ничего не сказал. Мамочка К. поняла, что характер у него вздорный и что он не любит, когда ему перечат.

— По-видимому, не так уж хороши ваши шпионы, раз не замечали, сколько работы выполнял я и сколько старик.

Мамочка К. вскинула бровь.

— Шпионы?

— Всем известно, что они у вас повсюду.

— Всем известно. Замечательно. Что ж, значит, так оно и есть.

— Ах да, конечно! — воскликнул Рот. — Об этом знают все вокруг, но мне не следует упоминать о подобных вещах, потому что это дурной тон.

— Некоторым людям в нашем сообществе лучше не грубить, молодой человек. Если желаете, чтобы я замолвила за вас слово, лучше постарайтесь со мной подружиться.

Рот дал знак слугам. Они убрали пустые тарелки и принесли нарезку различных видов тушеного мяса со специями и омлет из яиц с сыром.