— Вряд ли я сумею на карте указать, где именно находится имение Жнеца, — покачал головой Ричард. — Да и там ли он обретается? Одиннадцать лет с тех пор минуло.

— В любом случае без вас никак не обойтись, — уже без всяких намеков заявил я. — Пьер, передашь сообщение в Ольнас и, если руководство даст добро, мы отправимся навестить Жнеца.

— Да чтоб вас всех… — в голос горестно вздохнули Эдвард и Якоб.

— Я не доживу даже до рассвета, — невесело улыбнулся Ричард. — И у меня дела в Ольнасе.

— Вы все еще хотите убить Жнеца?

— Больше, чем когда-либо, да только…

— Дайте руку, — попросил я.

Капитан внимательно уставился на меня своими бесцветными глазами, но просьбу выполнил. Я ухватил одного из ютившихся в душе бесов и, скрутив его сущность в призрачный жгут, захлестнул им запястье Ричарда.

— Ах-х-х! — невольно вырвалось у того, и рыцаря перетряхнула короткая судорога. Вскоре он справился с собой и, вцепившись в борта лодки, размеренно задышал, — Ну надо же! Снова живой. Кто бы мог подумать?

— Вы с нами?

— Да! Вопрос только в том, как долго вы сможете меня в таком состоянии поддерживать…

— Достаточно долго, — уверенно заявил я. Долго? Или все же только достаточно? Кто б мне самому подсказал.

— Ладно, — кивнул о чем-то задумавшийся Ричард Йорк и прищурился. — А что вы предложите взамен?

— А что бы вы хотели получить?

— Голову баронета Юрниаса, — загнул палец капитан, — Кузины ее высочества Анны Грешлиан. И всех остальных, кто был замешан в заговоре. — Рыцарь задумчиво уставился на оставшиеся распрямленными мизинец и безымянный палец. — Да, именно так! Всех, кого сможете отыскать.

— Всех? — спокойно уточнил я, нисколько не сомневаясь, что Акрая не упустит шанса посадить на трон Довласа нужного человека. А значит, чисток так и так не избежать.

— Да.

— Что-то еще?

— Лиина Алурайя, фрейлина ее высочества… бывшая. Ей нужно будет покровительство.

— Не проблема. Пожизненная рента?

— Не помешает. И пристройте к делу переживших бунт гвардейцев. Они славные парни.

— Легче легкого, — По идее, я мог пообещать Ричарду и луну с неба, а на эти требования и вовсе согласился с чистым сердцем. Не думаю, что Рауль Луринга найдет их неприемлемыми.

— Тогда по рукам.

— По рукам!

— Тише! — вскинул вдруг руку Пьер, заслышав крик какой-то ночной пичуги. Он покопался в карманах куртки, выудил оттуда манок и дважды дунул в ответ.

В кустах просвистели три раза, и Пьер начал править к берегу. Мы причалили к поваленному в воду стволу и, на всякий случай обнажив мечи, выбрались из лодки. Опасения оказались напрасны: караулившие нас люди уже растворились в ночи, оставив привязанными к деревьям четверку лошадей.

— Переодевайтесь. — Вытащив из седельной сумки запасную одежду, я протянул ее Ричарду. — Пьер, где мы должны переждать ночь?

— По этой тропинке будет заброшенная избушка лесничего.

— Тогда скачи в Ольнас, мы тебя дождемся в избушке. Если что — встречаемся в «Черном вепре».

— Может, не стоит? — обхватив себя руками, поежился Эдвард. Изо рта у него вырвалось облачко пара, и вид у парня стал на редкость несчастный.

— Надо, Эдвард, надо. — Я протянул ему фляжку с полынной настойкой и хлопнул по плечу, — Сам посуди, один выстрел — и ты свободен.

— Твоими бы устами, — зло буркнул лучник, но от выпивки не отказался. Ну да никто и не сомневался.

Один выстрел — и конец войне?

Кто откажется кинуть кости, когда есть отличная возможность загрести жар чужими руками?

Да никто!

Месяц Святого Доминика Просветителя

До Оража мы добрались в самом начале зимы. Зимы ранней и по местным меркам на редкость суровой. Покрывавший землю снег давно не таял даже ясными днями, гнавший поземку стылый ветер легко пронизывал теплые плащи, да и тусклое пятно солнца большую часть пути скрывалось за затянувшими небосвод облаками.

Снег, холод, ветер…

Брр…

В столице княжества оказалось ничуть не лучше: грязные сугробы на безлюдных улочках, хмурые и неприветливые горожане, пелена зависшего над крышами домов дыма. Летний Ораж запомнился мне совсем другим — пусть не очень чистым, зато бойким и приветливым городом. И не понять: то ли в ранней зиме дело, то ли еретики вконец Местных запугали. В трактирах и тех все молча пьют, будто лишнее слово сказать боятся. Да и стражников на улицах -

как собак нерезаных. А ведь еще и комендантские патрули частенько на глаза попадаются!