— Эта осторожность сильно много для нас стоит, — не находил себе места Яков. Он всегда волновался во время битвы. Битвой руководили его офицеры и генералы. Но Яков сам принимал её результаты, находясь на поле брани.

Раздался полный оглушающий звук и по всему периметру тысячи танков Астрайдеров начали материализовываться. Здесь была ловушка. Как раз в момент, когда одно из подразделений Якова рапортовало о взятии Неонной Пирамиды — началось полное наступление Астрайдеров. И оно было настоящим.

Тысячи орудий со всех направлений вели свой разнокалиберный смертоносный огонь. Смешанные и дезорганизованные силы революции не могли дать централизованный отпор. Теперь действовало одно неписанное правило: "Каждый за себя". Что это против организованной военной машины Северной Империи?

Ещё никто не понял, что реальные войска Астрайдеров — это треть от того, что они видят. Остальное — оптическая иллюзия. Это новое психологическое оружие. Но свою работу они сделали. Теперь силы революции были зажаты между молотом и наковальней. Под прессом огня Астрайдеров.

— Отстреливайтесь, в любом направлении, — кричал один из полевых командиров, пока его не сместили, а подразделение не было полностью уничтожено.

Другие сразу командовали отступление и попадали под огонь в спину.

Двести, триста умелых десантов, и процесс окружения войск Якова был завершён. Теперь отступать было некуда, и каждый бился за себя в этой кутерьме.

Страшные ковровые бомбёжки — проведённые Астрайдерами по территории, на которой рейдеры устраивали централизованную оборону. Или дальний обстрел всех занимаемых ими высот. Всё выглядело так, словно у рейдеров бардак, а у Астрайдеров — полная дисциплина и чёткий контроль ситуации.

— Яков, ты сейчас потеряешь всю свою армию, если так будет продолжаться. — Кричал ему офицер.

— Знаю, знаю я. Вводите резерв, и пусть все дирижабли, артиллерия и гигроботы срочно вступают в бой. Пусть они бьют по своим. Но Астрайдеров надо уничтожить.

— Похоже, нас уже ничего не спасёт. Прибыл новый флот Астрайдеров.

Яков был в бешенстве.

— Мы же тысячу раз разбивали этот флот наголо.

— Нет, не этот. Это экспедиционный корпус с Уникейджен. Похоже, это изначально была ловушка.

В этот момент вся связь пропала. Только через миг она восстановилась снова.

— Они пытаются разрушить наши коммуникации, какие будут приказания, Борода?

— Я не знаю, а что вы посоветуете?

— Вы же командующий.

— Правильно, Яков не военный, а гражданский лидер, — перебил его офицер. — Мой вождь, я рекомендую Вам начать срочное отступление. Только перегруппировавшись, мы сможем хоть как-то ответить наступающим.

— А лучше достигнуть укрепрайонов на юге. Которые как раз успеют подготовить до нашего прибытия. — Дал совет военный офицер-консультант.

— Как же мне поступить? — Яков сидел в задумчивости.

— На связи Джерри Пирм. — Сказал вождю офицер штаба.

На большом экране появилось изображение жирного барона-инквизитора. Он был вроде как напуган:

— Яков, пора трубить отступление. У меня трагические данные о наших потерях.

— Да, я знаю. — Яков развернулся к военному совету. — Срочно отдайте приказ о сооружении укреплений к северу от Ксилиана, — мы укроемся от них в городе, вряд ли они используют против нас всю артиллерию. — И он снова повернулся к испуганному, но самодовольному барону Пирму. — Трубите отступление. Тотальное отступление. Всех, кого смогут, подберут дирижабли, и мы сможем вернуться в Ксилиан.

Сам Яков поспешил покинуть поле битвы. Его гибель может означать конец революции. Поэтому нужно было сохранить военный совет и командный пункт в целости и сохранности.

Внизу творилось светопреставление. Тысячи, разбросанных по огромной территории рейдеров из наступления попали в окружение. Теперь их заперли между огнями артиллерии. Никто и не предполагал, что у врага такое количество военной техники. И наступление сорвалось. На самом деле Астрайдеры использовали новую военную технологию иллюзии боя. То есть две трети сил врага были голограммами со звуками и эффектами. Но и треть была могучим оружием. Умно расставленные силы противника били по мечущимся гравитонам, вездеходам и пехоте революции. А собственная артиллерия им помогала, так как била по своим и отвлекалась на иллюзии. Дирижабли оставались далеко, но и они сбивались противником, поэтому приземлились в более менее безопасной зоне, чтобы подобрать отступающих.

Яков не хотел смотреть, чем кончится. Конечно, они могли остаться здесь и штурмовать высоты, половина из которых — иллюзия, с огромными потерями. И закончится это однозначно практически стопроцентным уничтожением Непобедимой Армады. Как сейчас по-другому звучали эти слова. Такая победа никому не нужна. Якову теперь уже важнее сохранить достижения революции, чем просто бездумно убивать солдат Астрайдера.

Эвакуация — единственное, что могло всех спасти. И теперь через прострелы врага, рейдеры пробивалось к спасительным ковчегам — дирижаблям. Гигроботы были поставлены стражами приземлившихся в безопасной зоне дирижаблей. Яков был не прочь их здесь бросить, лишь бы спасти людей. А бросать их в наступление — это помочь артиллерии бить по своим. Неповоротливые машины наступления без поддержки не смогут противостоять оперативным силам экспедиционного корпуса Астрайдеров.