От него как всегда воняло бензином. Впрочем, не удивительно. Антоха был шофёром в поисковом караване. Ему по должности полагалось пахнуть горюче-смазочными материалами и прочими отнюдь не благоухающими веществами.

Отвечать на его наивно-восторженное приветствие я не стал, лишь вяло пожал руку и снова закрыл глаза.

— Хватит дрыхнуть, Лось. Неужто на губе не выспался? — Не отставал Антоха.

— Как тебе сказать… Мне, понимаешь, там сон хороший снился, да вот беда: разбудили, не дали досмотреть. Так я весь в надеждах: вдруг продолжение увижу…

На самом деле несколько дней я видел лишь темноту, независимо от того сплю или бодрствую.

— Оставь нелепые надежды, Лосяра. Давай-ка я тебе лучше чайку плесну. Крепкий, горячий, как раз, в твоём вкусе, — продолжил терзать меня Антоха.

— Ты, наверное, меня с кем-то путаешь. Сколько себя помню, никогда не любил твой чифирь. Мне бы водичку сладенькую, чуть подкрашенную. Можно даже слегка теплую.

— И ты будешь пить эту гадость? — удивился здоровяк.

Он сунул два пальца в рот и изобразил, будто его тошнит:

— Бэ-э!

Я выматерился:

— Сам такой! Не навязывай свои вкусы окружающим.

— Ну вот, опять не угодил, получается! — притворно расстроился Игнатов.

— Получается, что не получается, — подтвердил я. — Мне, Антон, угодить сложно. Я редкостный привереда. Но для друга готов сделать исключение. Давай свой чай и чего-нибудь из съестного, я, хэзэ сколько времени не жравши.

Антон засиял:

— Так бы сразу и говорил, Лось. Узнаю старого друга.

— Ещё б не узнал!

Потягивая чай, я стал расспрашивать о последних новостях на Двадцатке. Если верить другу, всё вроде шло как обычно, а это в нашей не самой развесёлой жизни, скорее толстый и жирный плюс, нежели минус. И только в конце рассказа услышал главное:

— Полковник на тебя разозлился, хотел из каравана выгнать, перевести в охрану или вообще на ферму, крыс разводить, но…

— Что «но», Антон? Дурака не нашлось на моё место?

Сосед развёл руками:

— Ясен пень не нашлось. Кому охота постоянно ходить между жизнью и смертью? Под землёй хоть и паршиво, но безопасней, а там… — Антон не стал договаривать.

Теперь понятно, почему меня досрочно на свободу выпустили. Некому подменить. Наверное, в этом вся прелесть моего рода занятий. Если другого не то что за серьёзное нарушение, а за простое вяканье, выраженное в обсуждении приказа, могут грохнуть без особых раздумий, то поисковика, конечно, накажут, но не столь сурово. Дефицитная у нас профессия.

— Когда выходим? — спросил я.

— Часа через три инструктаж.

— Понятно.

Я зевнул. Значит, скоро на поверхность.

— Ты подремли чуток, — глядя на мою сонную физиономию, сочувственно предложил Антон. — Не беспокойся, я твоё снаряжение подготовил. Всё в полном абажуре.

— Ага, сначала разбудил, теперь предлагаешь подрыхнуть. Да здравствует здоровая логика! Нет уж, я тогда лучше книженцию почитаю, раз делать больше нечего.

— Нормальный человек всё равно нашёл бы чем заняться, а ты сразу за книжку, — недовольно пробурчал сосед. — Порти глаза, раз такой грамотный.

— Спасибо за разрешение!

Я стал листать принесённую с прошлого выхода на поверхность книжку. Сам сдал в библиотеку, сам оказался единственным читателем. Народ у нас занятой, люди во время короткого отдыха предаются иным развлечениям и не все из них одинаково полезны как йогурты (Кстати, что это такое? Слово помню, а что под ним понимается ни в зуб ногой).

Кто-то отключает сознание при помощи разнообразной гадости, притащенной поисковиками в обход всех инструкций, кто-то клеит подружку из девок подоступней, а кто-то разбирает и собирает автомат с закрытыми глазами как Игнатов, у которого всё равно других радостей в жизни нет.

— Слушай, приятель, перестань издеваться над железками, — вяло попросил я, когда очередные «шлёп-шлёп» и «бац-бац-шёлк» меня доконали.

Сосед отложил собранный «калаш» в сторону, снял повязку и пробасил:

— Отвянь, Лось! Чего пристал к хорошему человеку?

— Не было бы причины, не стал бы приставать. Автомат твой жалко. Сделал из боевого оружия набор «Юный техник», прости Господи!

— Автомат надо холить и лелеять, тогда он не подведёт, — заключил Игнатов.

— Тебя подведёшь! Мозгами пораскинь, дружище: зачем тебе автомат? Ты кого угодно голыми руками уделаешь!

Польщённый Игнатов улыбнулся, но просьбе не внял и продолжил терзать многострадальный «калаш». Ну вот, никакого авторитета у товарищей. Сплошной игнор.

Я вернулся к прерванному занятию. Книга, вопреки многообещающей обложке, была скучной. Главный герой от страницы к странице прокачивал себя и, когда стал таким же мегакрутым как старшина нашего каравана Димка Петренко, с чего-то вдруг решил, что напрасно потратил лучшие годы и, что надо жить в гармонии и согласии с окружающей средой. С такой философией на поверхности и пяти минут не протянешь, не то что максимальные четыре часа без всяких там хвостиков.