Если бы я смогла придумать какую-нибудь благовидную отговорку, то соврала бы ему, но мне ничего не пришло в голову.

— Я встала пораньше, чтобы... ну, чтобы попытаться сбежать.

— Твои родители плохо с тобой обращаются? Обижают?

— Нет! Ничего подобного! — Его предположение меня ужасно оскорбило. Впрочем, я сообразила, что только это Лукас и мог предположить. Иначе зачем человеку в здравом уме мчаться через лес, словно спасая собственную жизнь, да еще до того, как взошло солнце? Мы только что встретились, поэтому, может быть, он еще считает меня человеком в здравом уме. Я решила не упоминать ночные кошмары, потому что тогда он точно подумает, что я чокнутая. — Просто я не хочу учиться в этой школе. Мне нравится мой родной город, кроме того, академия «Вечная ночь» такая... такая...

— Чертовски жуткая.

— Да.

— И куда же ты направлялась? Может, уже присмотрела себе работу или что-нибудь в этом роде?

Щеки мои запылали, и вовсе не потому, что я бежала.

— Гм... нет. Собственно, на самом деле я никуда не убегала. Просто пыталась дать им понять. Ну, вроде этого. Я подумала, если я такое устрою, родители все-таки сообразят, как сильно мне здесь не нравится, и может быть, мы отсюда уедем.

Лукас поморгал и усмехнулся. Его улыбка подействовала на меня очень странно: страх сменился любопытством.

— Все равно что я со своей рогаткой.

— Что?

— Лет в пять я решил, что мама меня обижает, и надумал убежать. И взял с собой рогатку, потому что я же был взрослый сильный мужчина, понимаешь? И мог сам о себе позаботиться. Кажется, я еще взял фонарик и пачку шоколадного печенья.

Несмотря на смущение, я не выдержала и улыбнулась.

— Думаю, ты подготовился лучше, чем я.

— Я выбрался из дома, где мы тогда жили, и дошел аж до... дальнего угла нашего заднего двора. И разбил там лагерь. И провел в нем целый день, пока не начался дождь. Взять с собой зонтик я не догадался.

— Так рушатся самые лучшие планы, — вздохнула я.

— Да. Это настоящая трагедия. Пришлось вернуться. Я весь промок, и живот ужасно болел, потому что я съел штук двадцать печений, и моя мама — а она очень умная женщина, хотя иногда доводит меня до белого каления, — сделала вид, что ничего не случилось. — Лукас пожал плечами. — Видимо, точно так же поступят и твои родители. Ты же это знаешь, да?

— Теперь знаю. — От разочарования у меня перехватило горло.

По правде говоря, я знала это с самого начала, просто должна была сделать хоть что-нибудь, скорее, чтобы выплеснуть досаду, чем достучаться до родителей.

И тут Лукас задал мне вопрос, по-настоящему меня удививший:

— Ты на самом деле хочешь отсюда выбраться?

— В смысле — сбежать? По-настоящему убежать?

Лукас кивнул и выглядел при этом очень серьезно. Но он не мог говорить это серьезно, ни под каким видом. Понятно, что он спросил меня об этом только для того, чтобы вернуть к действительности.

— Нет, — призналась я. — Я пойду обратно и приготовлюсь к школе, как положено пай-девочке.

Снова та же самая усмешка.

— Никто ничего про пай-девочек не говорил.

Он произнес это как-то так, что внутри у меня потеплело.

— Да просто... эта академия «Вечная ночь»... Мне кажется, что я никогда не почувствую себя здесь своей.

— Я бы об этом не беспокоился. Может, оно и к лучшему — не быть здесь своей. — Он посмотрел на меня серьезно и напряженно, как будто мог предложить мне другое, более подходящее место.

Или я этому парню в самом деле понравилась, или я начинаю воображать всякое, потому что мне хочется, чтобы я ему понравилась. У меня слишком мало опыта, чтобы догадаться, в чем тут дело.

Я торопливо встала. Лукас тоже поднялся, и я спросила:

— А ты-то чем занимался? Ну, когда меня увидел?

— Я же уже сказал — мне показалось, что ты попала в беду. В этих местах встречаются неприятные типы. Не каждый умеет держать себя в руках. — Он отряхнул со свитера сосновые иголки. — Мне не следовало торопиться с выводами, меня подвело чутье. Прости.

— Да все нормально, честно! Я понимаю, что ты просто хотел помочь. В смысле, когда увидел. До общего собрания у нас еще несколько часов. Учащимся велели приехать к десяти.

— Я никогда не умел хорошо играть по правилам.

А вот это уже интересно.

— Так что, ты ранняя пташка и начинаешь день до зари?

— Да нет. Я просто еще не ложился. — Улыбка у него была просто фантастическая, и я уже заметила, что он отлично умеет ею пользоваться. Впрочем, я ничего не имела против. — В общем, мама не могла меня сюда привезти, она уехала по делам, поэтому я приехал ночным поездом и решил сначала просто прогуляться. Оглядеться вокруг. Заодно спасти какую-нибудь расстроенную дамочку.