– Ладно, завтра утром занесу, только надо будет убрать в надежное место… Да та не волнуйся, у тебя еще не меньше недели в запасе.

А я волновался уже о другом:

– Витя… а Максим Максимыч… Вдруг он заодно с теми? Ведь это он устроил встречу…

Света, Май и Грета посмотрели на меня, как… ну, будто на пострадавшего. А Витя увесисто сказал:

– Максим Максимыч – кристальный старик. Честнейшая душа. Только чересчур наивный. Поверил этим «депутатам», будто и правда речь пойдет о конкурсе… Кстати, я с ним уже поговорил…

"Витя, а про Пузырька и Тюнчика ничего не слышно?" – чуть не спросил я. Но постеснялся. Если было бы слышно, разве он не сказал бы!

Следующим утром все наше семейство (кроме лодыря Евгения и дяди Толи) пололо грядки. У тети Маруси был за сараем огородик – "чтобы свежая зелень всегда под рукой". Здесь нас отыскал Валерий – все с тем же вопросом:

– Лыша не видели?

Мы сказали, что сегодня не видели.

– Гретхен сообщила, что умотал куда-то на своем Роське. И на вызовы не отвечает, наверно, опять посадил аккумулятор, – сокрушался Валерий.

– Гретхен может и соврать, – вдруг мрачно заявил Толя.

– С какой стати?! – изумилась Света. – Она никогда не врет!

– Ага, «никогда»! Мы нашли ей два шара на пустыре за вокзалом, а она все равно не записывает в отряд. Говорит: "В таком возрасте еще рано лазать по болотам…"

– Но ведь форму-то она вам разрешила носить! – сердито напомнила Света.

– А зачем она, форма, если нельзя ходить в поиск? – заступилась Поля за брата.

– Я с ней поговорю… – пообещала Света. – Валерий, а Лыш тебе зачем? Опять изобретательские секреты?

Валерий уклонился от ответа и сказал, что для нас у него тоже есть секрет. Вернее, серьезный разговор.

– Марья Алексеевна, можно мне ребят на десять минут? Важное дело…

Тетя Маруся махнула рукой: гуляйте, мол.

Мы уселись на крыльце.

– Проблема в том, что эти сволочи все же запустили спутник-излучатель, – как-то неохотно проговорил Валерий.

– "Желтый волос"? – вскинулся Май.

– Ну да… Так что нужна осторожность.

– Но ты же говорил, что Инску он не опасен, – напомнила Света.

– В общем-то не опасен… Во-первых, мы ставим нейтрализаторы. Ну, а кроме того… – Валерий чуть улыбнулся, – плитка бабы Клавы и все такое… Но все же стопроцентный заслон гарантировать нельзя… Тем, кто здоров, излучение не сможет сильно повредить, только вот Грин…

– А что я… – И сразу холод пошел по коже.

– В тебе ведь эта зараза. Темпотоксин… Никто не знает всех его свойств. Вдруг как-то среагирует. Поэтому ты пока старайся не выходить из дома. Железная крыша – это дополнительная защита…

– И долго мне сидеть взаперти? – уныло спросил я. Представил, какая «сладкая» жизнь меня ждет отныне.

– Да не долго. Сделаешь вторую прививку, тогда – свободен…

Ничего себе "не долго"! Еще не меньше пяти дней! Сиди, терзайся ожиданием и носа не высовывай…

– А как правительство разрешило запуск? – насупился и Май. – Или они нахально, без спросу?

– В том-то и дело, что "со спросом". Вполне официально. Даже зарегистрировали его в каталоге разрешенных, не секретных спутников. Потому что, мол, это обычный аппарат-отражатель для информационных целей. Знаем мы эти "цели"…

– Если отражатель, значит он неподвижный, в одной точке? – спросил Май.

– Ну да, как в телесистеме. Повис над матушкой-планетой в строго определенных координатах. Примерно в двадцати градусах над юго-восточным горизонтом славного города Инска…

– Вот дрянь, – сказал Толя.

– Если не сказать хуже, – согласился Валерий. – В общем, такие вот дела, имейте в виду. А я побежал, наш И-Эс-Эс нынче как на казарменном положении… Лыша увидите, скажите, чтобы зарядил мобильник, обормот…

И он ушел, а мы остались на крыльце. Но не надолго. Света посмотрела на меня и сказала:

– Пошли, ребята, под крышу…

И мы пошли. Расселись в большой комнате, где обеденный стол и телевизор. Деревянные маски клоунов, леших, курносых ребятишек и добродушных пиратов нынче смотрели на нас неулыбчиво. Сочувственно.

Все молчали. Всем было неловко. Я понимал – из-за меня. Надо бы возвращаться на грядки, кончать прополку, а мне теперь нельзя. И ребятам оставлять меня одного не хочется, нехорошо это… И мне сидеть дома все время – это значит быть лодырем, вроде Евгения… Прямо хоть беги в музей и проси у Максима Максимыча напрокат железные доспехи, будет защита вместо крыши. Я уже хотел дурашливо предложить это, но язык не повернулся. Было не до шуток. Я всеми нервами, всей кожей, каждым волоском ощущал – надвигается что-то плохое. Причем оно все растет, растет…