— Меня перекручивает от одной только мысли, что ты спишь с сыном Нарнаи!

— Это тебя не касается.

— Клон меня касается! Ты с ума сошла? А если эксперимент не удастся, что вы с Дэвином будете делать?

— Она в любом случае умрет. Или сразу, или после родов.

— То есть, если она родит, ты ее все равно уберешь?

— Конечно! Оставлять ее в живых слишком опасно.

— И Дэвин знает о твоих планах?

— Догадывается. При живом доноре клон не должен жить.

— Тогда я спокоен.

Надин засмеялась.

— Я хотела попросить тебя помочь мне с ней.

— Что я еще могу сделать для тебя?

— Я человек прагматичный и прекрасно понимаю, что в последний момент старик может пожалеть этот образец и оставить ее в живых. Поэтому, мне нужна подстраховка. Я уже внедрила в нее эти твои клетки. Мне нужно только, чтобы ты их правильно запрограммировал.

— Что именно ты хочешь получить?

— Обширное кровоизлияние в мозг через год после наступления беременности.

— То есть самоуничтожение запустит повышенная концентрация гормонов в ее крови?

— Да. Это и будет моей подстраховкой.

— Могу сделать для тебя еще кое-что.

— Что именно?

— Ну, например, вдруг у нее будет выкидыш, или ты захочешь ее еще раз использовать, — в общем, на всякий случай я могу создать особый код, который предотвратит гибель.

— Это как?

— Обычно для этих целей применяют химическое вещество, которое блокирует именно эти мои особые клетки. Если необходимость в них снова появляется, можно ввести противоядие.

— Ты и это можешь?

— Детка, я все могу.

— Ну, тогда действуй. Только лекарство отдашь лично мне. Никаких копий, ты понял меня? Кстати, наши образцы будут готовы вместе с ней. Свою часть сделки я выполнила. Посмотрим, что у тебя получится, Брайан.

Снова вспышка. Хельга уже подбежала ко мне и обняла за ногу. Остальные были увлечены разговорами друг с другом. Они не видели, насколько я растерялась, запутавшись в происходящем. Это было видение, настоящее, и я отключилась всего на несколько секунд, но отсутствовала, будто, намного дольше. Я встретилась взглядом с Дэвином. Он будто присматривался ко мне, затем улыбнулся, и, как ни в чем не бывало, продолжил общаться с остальными.

Это видение перевернуло все во мне. Каждый раз после близости с Эйданом я принимала лекарства, но тогда, в моей квартире я ничего не приняла, да и сейчас только вспомнила об этих проклятых таблетках. И мысль о том, что я, возможно, уже беременна, неожиданно отрезвила меня.

Что, если увиденное мной не плод моего воображения, а самые, что ни на есть, реальные воспоминания моего донора? Я огляделась вокруг и встретилась взглядом с Эйданом. Я улыбнулась ему, но по выражению его глаз было понятно, что он без труда раскусил меня.

Когда общая шумиха вокруг помолвки улеглась, я, под предлогом острой необходимости наведаться в санчасть, ретировалась из столовой. Время будто остановилось. Я залетела внутрь, и сразу же стала искать тесты на беременность по анализу крови. Их чувствительность была самой высокой, и определить результат они могли, начиная с нескольких дней после зачатия.

Именно в тот момент, когда я смотрела на результат, держа тест-полоску в руках, в санчасть влетел Эйдан. Находясь в состоянии какой-то кататонии, я смогла только повернуть к нему голову. Он молча подошел ко мне и легким движением выдернул пластинку из моих рук. Опять же молча, он приблизился с ней к столу и прочитал инструкцию по использованию на коробке. Сравнив результат с образцами, он оставил полоску на столе и вернулся ко мне. Я по-прежнему не двигалась. Он взял меня за руки и положил их себе на плечи. Потом обхватил ладонями мое лицо и поднял вверх. Только сейчас я поняла, что он улыбается.

— Я, конечно, не ожидал, но ребенок — это же прекрасно!

Он наклонился и поцеловал меня.

— Сафина, что с тобой? Ты расстроилась, что забеременела?

— Эйдан! Ребенок — это чудесно. И я очень рада тому, что ты так реагируешь на эту новость.

Я положила голову ему на плечо. И страх, настоящий, животный страх за свою жизнь охватил меня. Слезы брызнули из глаз, и истерический стон вырвался из груди на свободу.

— Мне страшно, Эйдан. Мне так страшно!

Эйдан стоял в полном недоумении.

— Солнышко мое, почему тебе страшно? Что тебя беспокоит?

— Эйдан, эти сны — не просто сны. Я боюсь, что это воспоминания Надин.

— Почему ты так решила?

— Теперь у меня начались видения.

Он отстранился и посмотрел на меня.

— Когда?

— За завтраком в столовой. Когда Хельга пришла. Все замедлилось вокруг, будто время стало останавливаться, затем вспышка света — и я очутилась совершенно в другом месте, а через минуту вернулась к реальности, и оказалось, что прошло всего лишь несколько секунд.