Вдруг двое из них оказались на моем пути. Я не медлила и мгновенно выстрелила одному в голову, а другому в грудь. Оба упали замертво. Первым делом я забрала у них плазменные пистолеты и зарядные блоки, рассовав все это по карманам своих брюк. В такой экипировке я чувствовала себя более уверенно.

Нужно было двигаться дальше. Люди останавливали машины и дрались за места в них, убивая друг друга. Я же понимала, что пешком в такой толпе передвигаться куда быстрее.

Снова двое огунов напали на меня. Один прыгнул сзади и толкнул меня вперед. Налету я развернулась и выстрелила ему между глаз, а приземлившись на бок, убрала и второго, разнеся его голову на куски.

К заветной цели я подобралась только через несколько часов. Вести счет убитым тварям, встретившимся на моем пути, я перестала, после десятого трупа.

Перед медицинским центом творился настоящий кровавый ужас. Раненые лежали на земле повсюду. Они тянули руки к санитарам, шарящим между ними и накрывающим черными пакетами погибших. Я пробралась в здание, где царила полная неразбериха.

Грязная, уставшая, но все еще держащаяся на ногах, я вошла в перевязочную. Там уже работала бригада хирургов.

— Сафина! Ты жива! — воскликнул Рэйналд Долл, которого я не сразу узнала в маске.

Он действительно был рад меня видеть, и это, несмотря ни на что, было приятно.

— Девочка моя, переодевайся и приступай к работе.

— Где свободный стол, Рэйналд?

— Нигде. Все занято. Больных сортировать некому.

Я помчалась в раздевалку. Скинув одежду на пол, я залезла под душ, чтобы смыть с себя всю эту грязь и кровь, затем переоделась, спрятала вещи и вышла в коридор. Подозвав на помощь медсестру и санитара, я начала сортировать больных.

Кому жить, кому умирать, кому надеяться, а кому нет. Это было так просто, но за каждым "да", "нет", "позже", "немедленно", скрывались судьбы отдельных людей. Кем для них была я: Богом, судьей, ангелом или палачом? Они тянули руки, стонали, просили, умоляли помочь им и их детям. А я, не обращая внимания на все это, продолжала делать свое дело.

Через час меня сменил другой врач, а я переместилась в операционную.

В душном зале прошла целая ночь. Не мало людей умерло под моими руками, но впервые в жизни я не помнила ни лиц, ни имен тех, кого потеряла. Утром в операционную зашел Рэйналд:

— Сафина, тебе пора отдохнуть. Иди, я закончу.

— Здесь немного осталось, — попыталась перечить я.

— Сафина, иди, поспи.

— А Вы?

— Я поспал два часа. А ты — нет.

Я больше не упиралась, отошла от стола и сняла перчатки. Нужно было переодеться и принять душ. В раздевалке никого не было. Я нашла свои грязные брюки в шкафчике, и решила выложить все оружие из карманов, чтобы забрать с собой. Отыскав непонятно чью пустую дорожную сумку, я расстегнула ее и кинула на пол.

В голову полезли всякие мысли. Где Эйдан сейчас? Жив ли он? Как ребята? Все ли впорядке с ними? Выложив оружие и зарядные блоки, я тряхнула брюки напоследок, и из какого-то кармана вдруг что-то выпало и покатилось по полу. Я присела и взяла в руку маленький браслет с передатчиком. На нем было выгравировано слово "Ева". "Значит, она не случайно столкнулась со мной на трапе. Тогда, возможно, Эйдан все это время знал, где я?"

Впервые за последние сутки я улыбнулась. Ни минуты не колеблясь, я надела браслет на свое запястье и попробовала связаться с ним. Сигнала не было. Значит, он вне зоны действия или…

Я отогнала пугающие мысли, застегнула сумку и вышла в коридор. Везде вокруг лежали люди: на полу, кушетках, столах. За ночь наши войска оттеснили противника в северную часть города, а медицинский центр стал настоящим убежищем. Раненые продолжали поступать и территория, которую они теперь занимали перед больницей, расширилась в несколько раз. В свой кабинет идти было бессмысленно: он теперь явно стал палатой или операционной. Поэтому я устроилась там, где было свободное место. Положив сумку за спину, я прилегла на пол у стены. Возле меня сидела маленькая девочка лет пяти с плюшевым медведем в руках. Рядом с ней спала какая-то женщина. Очевидно, ее мать. Я закрыла глаза и попыталась заснуть.

— Привет! А тебя как зовут? — обратилась ко мне маленькая особа.

— Сафина, — промычала я. — А тебя?

— Хельга! А это мой друг Нигу.

Я открыла глаза и посмотрела на ее медведя.

— Красивое имя у твоего друга.

— Да, я сама придумала. А у тебя есть друг?

— Есть.

— А как его зовут?

— Эйдан.

— А ты его любишь?

— Очень люблю.

— А где он сейчас?

— Где-то летает на большом корабле.

— А почему ты его любишь?

Я невольно улыбнулась.