– «Рубиновая роса»! Откуда у тебя наше вино, да притом одно из самых лучших? Мы же его даже не продаем! – удивился я, с трудом разобрав запыленные надписи на древнем эльфийском языке, который применяется в основном для написания стихов и магами.

– Не просто «Рубиновая роса», а «Рубиновая роса» трехсотлетней выдержки! – хитро подмигнул мне этот пройдоха. – Давно у меня хранились, доставшись по случаю, так теперь хоть повод появился открыть.

– Эй, а я и не знала, что у нас такое сокровище есть! – возмущенно воскликнула Даяна. – Где ты их прятал?!

– В сейфе, – хмыкнул брат. – Неужели ты думаешь, что я поставлю такое вино в погреб с остальными бутылкамми, зная, что ты часто там бываешь!

– Значит, для родной сестры жалко, а как заявляется в гости эльф, так сразу самое лучшее достаешь?

– Смею заметить, в скором времени такой же член семьи, как и ты, – расхохотался Гром. – Так тебе наливать, или ты и дальше возмущаться будешь, пока мы все не оприходуем?

– И не мечтай, что удастся выпить мою долю!

– Ну вот, а то еще возмущается, – расстроенно пробурчал орк, разливая вино по бокалам. – Первый тост давайте поднимем за Тира, чей подарок просто великолепен!

Поздний обед, плавно перетекший в ужин, прошел обильно, в смысле возлияний, и довольно весело. Но несмотря на это, я не стал сидеть с ними до глубокой ночи – помимо ноющей раны (блокирование нервных импульсов боли пришлось снять через несколько часов), у меня были и другие дела. Выпросив у Тари пару листов бумаги и писчие принадлежности, я отправился к себе в комнату. Следовало написать уведомление о мести в эльфийское посольство еще раньше, но все как-то был занят другим.

После некоторого размышления я понял, что не знаю нынешнего главу посольства в этом королевстве, и решил ограничиться формальным перечислением причин, повлекших за собой необходимость мести, назвал главного виновника и сообщил о факте привлечения сторонних сил для самого действа, что регламентом не запрещается. Этого должно хватить для прикрытия от властей меня и тех, кого Гром уговорил помочь в нападении на труполюба. Свернув лист в тугую трубочку, я извлек из уха серьгу со знаком дома и приложил его к краю. Коротко пшикнуло, вверх взвился тоненький дымок, и послание запечаталось блямбой с изображением моего дома. Теперь сломать ее сможет только эльф. Подписав сверху получателя и отправителя, я отложил письмо в сторону. Теперь осталось только отослать, и одно дело сделано.

Вытянув знак дома на короткой цепочке перед собой, я направил в него тонкий ручеек силы и, дождавшись образовавшегося под ним завихрения воздуха, протолкнул туда послание. Теперь оно переместится в ближайший источник лесной магии, которым является посольство, и уже оттуда попадет к кому надо. Конечно, можно было воспользоваться вестником или помощью духа, но подходящей птицы мне сейчас не поймать, а призыв духа показался мне менее интересен, чем создание миниатюрного портала с привязкой к ближайшей родственной силе. Большие таким образом не построить, но вот более мелкие с опорой на артефакт вполне возможно выполнить. Самое начало работы с пространством, хотя удивительно, что и это эльфы смогли освоить.

Прицепив серьгу обратно, я решил заняться еще одним важным делом – разобраться, почему не сработало изумрудное кольцо, защищающее меня от снарядов. Воспользовавшись знаниями демонолога, я довольно быстро обнаружил причину, оказавшуюся до жути банальной – отсутствие в кольце необходимой энергии! Да… как-то я упустил из виду, что для нормальной активации вложенных в предметы функций требуется хотя бы минимальный запас энергии, при котором артефакт сработает, и у каждого он разный. А ведь и серьги, защищающие меня от поисковых и обследующих заклинаний, могли уже разрядиться! Так, а не из-за этого ли меня обнаружили големы при возвращении из парка? Сняв серьги, я убедился в верности своих предположений – энергии в них почти не осталось! Вот и очевидный недостаток использования подпорок – о них всегда следует заботиться и не забывать пополнить ресурс прежде, чем об этом напомнит враг. Хорош был бы я, отправившись охотиться на некроманта почти без защиты, не говоря уж о том, что меня обнаружить по ауре проще простого.

Сняв и разложив все магические вещи на столе, я принялся их заряжать. До утра далеко, поэтому можно успеть разобраться еще и с раной, попутно рассортировывая обработанную информацию, – второй слой сознания был загружен этой работой почти все последнее время, и результат не заставил себя ждать. Эта ночь будет насыщенной.

Рано утром ко мне в дверь громко постучали и, не дожидаясь ответа, в комнату протиснулся орк. Против обыкновения, он был отнюдь не спокоен – глаза лихорадочно блестели, пальцы рук подрагивали, будто ждали, когда можно будет что-нибудь схватить и сокрушить, а оскаленные в кровожадной усмешке клыки ясно показывали, что кому-то сегодня не поздоровится!

– Собирайся! Дотнис скоро выползет из своего убежища! – произнес он свистящим шепотом, в котором жажду крови можно было буквально пощупать. – Пора присоединить его к столь обожаемым им трупам!

– Я готов.

Теперь я смотрел на орка куда с большим уважением – уже того куска его жизни, который я успел осмыслить за последние часы, хватило, чтобы понять, что данный индивидуум вовсе не так прост, как кажется. Чего только стоит обширная разведывательная сеть (друзья, знакомые, должники), охватывающая ближайшие королевства и зацепившая самым краешком даже Вечный лес! И это только малая часть.

– Как рука?

– Не подведет, хотя на сотню выстрелов можешь не рассчитывать, – честно предупредил я.

Всей ночи не хватило для полного излечения раны, и сейчас кровеносные сосуды и сращенные мышечные волокна еще очень слабы, чрезмерное усилие может их просто порвать.

– И то хорошо, – довольно хмыкнул Гром. – Выдвигаемся примерно через час, так что проверь свое снаряжение.

– А что насчет слухов?

– Уже все работает, и к вечеру последний нищий будет знать, за что Дотниса уложили в землю.