– Мы положим его вот здесь, – продолжал Тедди, опуская коробку на прикроватный столик. Он говорил с Кейси, словно с малым ребенком.

– Тедди, это очень важная улика…

– Знаю. Она никуда не денется. Договорились?

– Хорошо.

– Если тебе что-нибудь понадобится, только свистни. – Тедди ушел, прикрыв за собой дверь.

Кейси посмотрела на подушку. Нужно было раздеться, приготовиться ко сну. Лицо саднило от боли – что с ним? Нужно взглянуть на себя в зеркало…

Она взяла анализатор, сунула его под подушку, посмотрела на нее, потом опустила на подушку голову и смежила веки.

«Только на минутку», – подумала она.

Кейси рывком уселась в кровати и едва не задохнулась от резкой боли, пронзившей все ее тело. Лицо горело; она прикоснулась к щеке и поморщилась.

Лучи света, проникавшие в окно, упали на изножье кровати. Кейси увидела две грязные полосы на покрывале. Она лежала в обуви, полностью одетая.

Она проспала всю ночь в одежде.

Кейси со стоном приподнялась и спустила ноги на пол. Болела каждая косточка. Она бросила взгляд на прикроватный столик. Будильник показывал половину седьмого утра.

Она сунула руку под подушку и вынула оттуда зеленую металлическую коробку с белой полосой.

Экспресс-анализатор.

Распахнулась дверь, и в комнату вошел Тедди в длинных трусах. Он принес кружку кофе.

– Что, плохи дела?

– Болит все, от ног до головы.

– Я так и знал. – Он протянул Кейси кружку. – Не уронишь?

Кейси покачала головой и с благодарностью приняла кофе. Стоило ей поднести кружку к губам, у нее мучительно заныли плечи. Кофе был горячий и крепкий.

– Лицо пострадало не так уж сильно, – заметил Тедди, окидывая ее критическим взглядом. – В основном сбоку. Думаю, именно этим местом ты приложилась к сетке…

Внезапно Кейси вспомнила, что ей предстоит выступление по телевидению.

– Господи боже мой… – Она вскочила с кровати и вновь застонала.

– Три таблетки аспирина, – посоветовал Тедди, – и горячий душ.

– У меня нет времени.

– Ничего, пара минут всегда найдется, – возразил Тедди. – Пусти самую горячую воду, какую сможешь вытерпеть.

Кейси отправилась в ванную, включила душ и осмотрела себя в зеркале. Ее лицо покрывали потеки косметики. От уха вдоль шеи протянулся багровый кровоподтек. Не беда, можно прикрыть волосами, подумала она. Никто ничего не заметит.

Она пригубила кофе, разделась и забралась под душ. На локте, бедре и коленях красовались синяки. Кейси не могла припомнить, откуда они взялись. Под напором горячих жалящих струй воды по телу разливалось блаженство.

Выйдя из ванны, Кейси услышала звонок телефона.

– Не вздумай брать трубку! – крикнула она, распахивая дверь.

– Может быть, все же ответить? – сказал Тедди.

– У меня нет времени, – отрезала Кейси. – Во всяком случае, сегодня.

Она отправилась в спальню одеться.

До встречи с Марти Рирдоном оставалось десять часов, и Кейси не хотела терять ни минуты.

Ее занимал лишь один вопрос.

Что же случилось с Пятьсот сорок пятым?

Роб Вонг положил зеленую коробку на стол, подключил кабель и нажал кнопку на пульте. На корпусе экспресс-анализатора вспыхнул маленький красный огонек.

– Питание подключено, – сказал Вонг. Он откинулся на спинку кресла и взглянул на Кейси. – Ну что, рискнем?

– Я готова, – отозвалась Кейси.

– Скрести пальцы на счастье, – посоветовал Вонг и ткнул пальцем в клавиатуру.

Красный огонек на корпусе анализатора быстро замигал.

– Это значит… – напряженным голосом произнесла Кейси.

– Это значит, что все в порядке, – перебил Вонг. – Началась загрузка содержимого памяти.

Через несколько секунд красный огонек вновь загорелся непрерывным светом.

– Что теперь?

– Перезапись завершена, – объяснил Вонг. – Посмотрим, что у нас получилось. – На мониторе, сменяя друг друга, возникли колонки символов. Вонг подался вперед, вглядываясь в экран. – Ага… кажется, все в порядке. Похоже, Кейси, сегодня у тебя выдался счастливый денек. – Несколько секунд он быстро стучал по клавишам, потом опять откинулся на спинку кресла.

На экране возникла каркасная модель самолета. Пустоты каркаса быстро заполнялись, превращаясь в объемное изображение. Появился небесно-голубой фон. Серебристый лайнер поднимался в воздух с выпущенными шасси.