Дженнифер поежилась; в самолете было холодно, а в искусственном свете среди длинных проходов и рядов пустых кресел казалось еще холоднее. Разглядев повреждения, знакомые по видеозаписям, Дженнифер испытала легкое потрясение. Все это случилось здесь, подумала она. Это тот самый самолет. На потолке еще оставались кровавые отпечатки подошв. Разбитые багажные отсеки, потрескавшиеся фибергласовые панели. Неистребимый запах рвоты. И, что еще хуже, в некоторых местах вокруг иллюминаторов панели были сняты, обнажая серебристую теплоизоляцию и пучки проводов. Внезапно она остро почувствовала, что находится внутри огромного металлического механизма. Она уже подумала, не оставить ли эту затею, но Синглтон жестом предложила ей сесть в среднем ряду второго салона, лицом к камере, прикрепленной к потолку.

Дженнифер села рядом с Синглтон. Техник «Нортона» в форменной куртке надел на нее плечевой ремень безопасности, такой же, какие носят стюардессы на обычных рейсах. Два зеленых брезентовых ремня охватывали плечи и соединялись на поясе массивной стальной пряжкой. Конструкция выглядела довольно внушительно.

Мужчина в форме, пыхтя от усердия, плотно затянул ремни.

– О господи, – пробормотала Дженнифер. – Нельзя ли немножко ослабить?

– Натяжение должно быть таким, чтобы вы его едва выдерживали, – сказал техник. – Если вы свободно дышите, значит, нужно затянуть еще сильнее. Чувствуете, как вас сдавливают ремни?

– Да.

– Отпускают их следующим образом. – Он показал Дженнифер механизм разъединения. – Потяните вот за этот рычаг.

– Зачем мне это?

– На случай экстренной необходимости. Потяните его.

Дженнифер подчинилась. Натяжение ремней ослабло, давление исчезло.

– А теперь, если не возражаете, застегнитесь сами.

Дженнифер застегнула пряжку. Это оказалось проще простого. Непонятно, почему люди придают значение таким пустякам.

– А теперь затяните ремни. Еще туже.

– Затяну, когда потребуется.

– К тому времени, когда вы поймете, что нужно затянуть ремни сильнее, будет слишком поздно. Прошу вас…

Синглтон сидела рядом, невозмутимо застегивая и крепко затягивая ремни. Брезентовые ленты впились ей в бедра, плотно охватили плечи. Синглтон вздохнула и откинулась на спинку.

– Ну вот, вы готовы, – сказал техник, – Желаю приятного полета.

Он повернулся и отправился к люку. Из пилотской кабины вышел Роули, качая головой.

– Послушайте, девушки, – заговорил он. – Я очень не советую вам лететь. – Он обращался в основном к Синглтон. Дженнифер показалось, что он сердится на нее.

– Поднимай машину, Тедди, – отозвалась Синглтон.

– Это ваше последнее слово?

– Последнее и окончательное.

Роули ушел. В интеркоме послышался щелчок.

– Закрыть люки…

Захлопнулись люки – два глухих удара. В самолете по-прежнему было холодно. Дженнифер вздрогнула и оглянулась через плечо на пустые кресла. Потом бросила взгляд на Синглтон.

Синглтон смотрела прямо перед собой.

Дженнифер услышала звук запускаемых двигателей – низкое завывание, переходящее в надсадный визг. Щелкнул интерком. Голос пилота произнес:

– Башня, это «Нортон» ноль первый. Прошу разрешения занять место на стенде предполетного контроля.

Щелк.

– Слышу вас, ноль первый, выруливайте по второй левой дорожке.

Щелк.

– Понял вас, башня.

Самолет тронулся с места и покатил вперед. Выглянув в иллюминатор, Дженнифер увидела, что небо уже начинает светлеть. Несколько секунд спустя самолет остановился.

– Что они делают? – спросила Дженнифер.

– Взвешивают самолет, – ответила Синглтон. – Его взвешивают в начале и в конце испытаний, чтобы убедиться, что мы точно воспроизвели условия полета.

– На весах?

– Они вмонтированы в бетон.

Щелк.

– Тедди, подай вперед на метр.

Щелк.

– Даю.

Взревели двигатели, и Дженнифер почувствовала, как самолет двинулся вперед, потом опять остановился.

Щелк.

– Спасибо. Порядок.

Щелк.

– Пока, ребята!

Щелк.

– Башня, ноль первый просит разрешения на взлет.

Щелк.

– Для вас освобождена третья полоса, ветер встречный, три метра в секунду.

Щелк.

– Вас понял.

Самолет начал разбег, завывание двигателей превратилось в гулкий рев. Звук становился все громче, и Дженнифер подумала, что ей еще не доводилось слышать в самолетах такого шума. Она почувствовала, как колеса шасси с тупым стуком катятся по трещинам бетона и внезапно земля провалилась вниз. Самолет поднялся в воздух, в иллюминаторах показалось синее небо.

Начался взлет.

Щелк.

– Пор-рядочек, девушки, наш полет будет происходить на высоте один-один-шесть, это значит одиннадцать тысяч шестьсот метров, и в ходе нашей экскурсии мы совершим петлю между станцией в Юме и Карстайрсом, штат Невада. Всем удобно? Повернув голову направо, вы увидите самолет сопровождения.