аппаратами. Эдакие продвинутые посты летучего ГАИ, причём каждый из которых удержи вался на месте толстым стальным тросом с якорем на земле.

Солнце клонилось к закату, широкая тень от здания далеко протянулась по пустырю. Ещё издали мы увидели, что плоская крыша СИЗО оборудована взлётно-посадочными площад ками, на которых теснились личные грави-лёты персонала изолятора.

— Правь туда! — указал я на свободные парковочные места Антону.

Он кивнул и специально сманевривровал так, что бы наш грави-лёт подлетел к башне имея за спиной светило. К нам было ринулись две-три полицейские машины, но увидев ядовитую чёр но-красную раскрасску аппарата и мундиры высших чинов службы собственной безопасности в открытом салоне, тут же отвалили в стороны.

— Уважают, охломоны! — хихикнул Макар, — Ни спецпропуск не потребовали, ни пароль не спросили…

На крыше тем временем поднялась суматоха. Техники-смотрители и пилоты свободной смены кинулись расчищать для нас специальный посадочный сектор для ВИП-персон. Грави-лёты, припаркованные на нём, в мгновение ока расползлись по сторонам. Охранники выстрои лись в две шеренги для почётного караула. Лифтёры встали по стойке смирно возле своих ка бин, воздушный регулировщик в белых крагах и с люминисцентным жезлом на поясе, вбежал в красный круг центра сектора и энергично замахал флажками, указывая место посадки.

Антон пошёл на снижение. Регулировщик отскочил к лифту и мы опустились на крас ный круг, но с таким расчётом, что бы нос нашей машины смотрел на край площадки. Это для экстренного взлёта: дал по газам и — рванул вперёд безо всяких там разворотов и подъёмов…

Пока мы с надменным видом вылезали из салона и стряхивали с мундиров несушеству ющие пылинки, на крыше башни появился начальник СИЗО и дежурный офицер со звёздочка ми капитана. За ними толпилось пять-шесть надсмотрщиков, конвоиров и контролёров в звани ях младшего офицерского состава. Все торжественно сосредоточенны, но хлеба с солью я ни у кого не заметил.

Начальник Сизо, по-всему, собирался отчалить домой, так как уже успел переодеться в цивильный костюм. Наше прибытие застало его в расплох. В его маленьких поросячьих глазках читалось непрекрытое раздражение: ещё бы, все планы на вечер летели псу под хвост! Сияя баг ровой от напряжения бульдожьей физиономией, он подскочил к нам с проворством носорога, вытянулся перед Антоном во фрунт и попытался щёлкнуть каблуками.

Не получилось! Начальник сконфузился на секунду, но быстро собрался и протявкал доклад, как того требовал устав:

— Господин генерал! Во ввереном мне учреждении…

Антон резко оборвал его на полуслове, брезгливо отмахнувшись стеком, который прихватил на квартире Ирэны Карловны. /Эта вещица, по моему мнению, окончательно завершила его гене ральский образ./ Затем он смерил начальника с головы до ног хмурым презрительным взглядом и неодобрительно покачал головой. Мы с Макаром встали по бокам "шефа" и дружно закидали окружающих подозрительными взглядами. Для пущего эффекта мы то скребли, то барабанили пальцами по кобурам с лучемётами и постоянно демонстрировали всем великолепные волчьи оскалы.

Своей цели мы добились уже через десять секунд. Запуганные насмерть тюремщики стали исчезать по одному, пока начальник и дежурный не остались совершенно одни. Обслужи вающий персонал стоянки тоже как ветром сдуло.

Антон продолжал угрожающе молчать, сверля встречающих неприязненным взглядом

и постукивая стеком по левой ладони.

Начальник занервничал и побледнел. Он попытался заговорить с Антоном, но у него от испуга

начал срываться голос:

— Г- господин г-генерал! Р-разрешите обратиться?

— Нет! — рявкнул Антон, — Сначала вы приведёте ко мне одного подпольщика для допроса, а там посмотрим…

Он вытащил из планшета зелёный бланк предписания и помахал им перед носом главного тюремщика.

— Но г-господин г-генерал! — заныл начальник СИЗО, — С этим справится и дежурный. Я же вынужден вас покинуть. Меня срочно вызывают В Главное Управление…

"Врёт, гад, и не краснеет! — подумал я, — Вызов придумал на ходу. Хочет слинять от греха. На растерзание нам дежурного оставляет. Что ж, это к лучшему! Пусть улетает, да поскорее!"

Антон подумал о том же, потому и разрешил вальяжно-грубовато:

— Раз вызывают, то проваливайте! — и повернулся к дежурному — Вы слышали своего началь ника? Тогда ведите нас в комнату для допросов.

Начальник рысцой потрусил к своему грави-лёту. Мы с Макаром как можно равно душнее посмотрели ему в спину и зашагали за капитаном, который предложил следовать за ним. Странно, но голос у старшего офицера оказался спокойным, ровным и вовсе не таким испуганным, как у остальных. Я интуитивно ощутил в нём достойного противника.