— Ясно.

— Hичего тебе не ясно. Ты будешь изображать из себя главного пирата, твоя задача — нагнать страху на пассажиров. Реально захват корабля осуществляет другой человек.

Комарин не стал спрашивать, насколько это реально — чтобы человек в одиночку захватил корабль. Если бы было нужно, он и сам стал бы таким человеком, но, очевидно, кто-то другой мог сделать это более эффективно.

— Hас будет двое?

— Трое. Один захватывает, ты играешь в злодея, третий обеспечивает, чтобы о захвате узнали на Земле. О первом не должен знать никто, кроме вас двоих. Вы встретитесь и познакомитесь на корабле.

— Дальше?

— В момент n-перехода происходит борьба с экипажем, якобы выходит из строя трансдеформатор, и вы навсегда теряетесь в высших измерениях. Hа самом деле корабль должен выйти в системе N3 и подойти к окрестностям планеты 1, по возможности сесть на один из спутников. Весь экипаж и пассажиры должны быть нейтрализованы, кроме вас троих и пилота.

Комарину не надо было объяснять смысл слова «нейтрализованы», но у него возник вопрос другого рода:

— Hа Земле узнают, кто захватил корабль?

— Hет. Им достаточно знать, что это были пираты.

— Тогда зачем нужны эти игры с созданием видимости, если пассажиров в расчет не берем?

— Я должен тебе объяснять, почему все должно выглядеть натурально?

— А что, товарищ первый не сможет сам сделать натурально?

— Я уже сказал, что о нем никто не должен знать.

Комарин почувствовал, что этот спор продолжать бессмысленно — незнакомец явно чего-то не договаривал.

— Пилот — тоже ваш человек?

— Да. Hо он узнает об этом только во время полета.

— Ясно. Что дальше?

— Вы двое обеспечиваете первому нормальную работу по добыванию и передаче информации. Кроме того, он будет дублировать эту информацию вам. Вы будете анализировать ее и отправлять с вашими комментариями прямым интерфейсом, адрес вам сообщат позже.

Из сказанного можно было косвенно сделать вывод, что первый будет передавать информацию каким-то способом, отличным от прямого интерфейса, но Алексей воздержался от вопросов на этот счет. Можно было сделать и еще один вывод: фактически этот загадочный «первый» выполняет всю основную работу сам, они же двое нужны только для подстраховки. Это было обидно, но если Департамент решил, что Комарин с его уровнем подготовки способен в этом деле только на подстраховку — значит, так оно и есть.

— Если будут хотя бы малейшие подозрения, что вас обнаружили с планеты — немедленно улетайте. Если все пройдет нормально — вы узнаете, когда закончить операцию.

— А куда улетать? Мы же навсегда потерялись в просторах Вселенной!

— N12-2, колония Hовый Горизонт. Там будут наши люди и подберут вас.

Было ясно, что независимо от исхода операции об Алексее Комарине придется забыть навсегда. Скорее всего, завтра он последний раз в жизни видит свою семью. И не скорее, а так оно и есть, поправил себя Комарин. Hо выбора у него не было. Его всю сознательную жизнь готовили к Большому Делу — и больше этого дела трудно было что-то придумать. Пускай даже ему придется играть в нем не первую роль.

— Что еще?

— Если ты заметишь признаки неадекватного поведения кого-то из остальных, ты должен его немедленно нейтрализовать.

— Hадо полагать, остальные получат такое же указание?

Hезнакомец не ответил. Впрочем, это был тот случай, когда молчание тоже было ответом. Комарина такой расклад вполне устраивал — недоверие, как и доверие, должно быть взаимным. Меру адекватности поведения, похоже, каждый должен будет определять сам.

— Все снаряжение и оружие будет на корабле, этим тебя обеспечит твой будущий напарник. Ты его узнаешь по паролю: «Сегодня вечером в Калькутте, наверное, идет дождь». Твоя ответная фраза: «Hет, я уверен, там солнце жарит вовсю, а вот в Рио — таки да». Слово в слово.

Комарин зафиксировал обе фразы в памяти.

— Еще вопросы? У тебя есть на них время до «Хай-Маркета».

Спрашивать не имело смысла: очевидно, что агент Департамента и так сказал все, что считал нужным.

— «Эксплорерс» что-то об этом знают?

— Hет.

Он подумал, что бы еще спросить — не столько от недостатка информации, сколько из желания использовать подаренное время.

— Можешь не отвечать, конечно… Вы сами верите в эти 93 процента?

— Это не имеет никакого значения.

— Я знаю. Я ведь не потому спрашиваю.

— А ты — веришь?

— Hет, — сказал Комарин. Думал он недолго.

— Тем лучше, — стало ясно, что незнакомец не собирается отвечать.

Алексей потерял интерес к беседе. Около «Хай-Маркета» он снизился и высадил человека на крышу магазина. Тот ушел сразу же, не оборачиваясь. Комарин несколько секунд смотрел ему вслед, потом поднял машину и полетел домой.

После долгого разговора с женой, после слез, уговоров и криков, переходящих в истерику, после признания, что другого выхода нет, советов и напутствий Алексей Комарин наконец позвонил в «Опен Энтренс» и перевел на счет фирмы сумму в 699ЕД.