– Эта твоя ассоциация, – деловито говорила Осень, – которая возникла непонятно отчего, почти без всякой смысловой связи, но привела к верной догадке – разве это не предельный поиск?

Алей уставился на нее как кролик на удава.

Сладкий холодок окатил его плечи. Углы губ сами собой поползли в стороны. Алей приподнялся; озарение было почти физическим, почудилось, что в комнатке стало светлее. Солнечные зайчики проскакали по белым стенам «Ян», зелень перегородок снаружи заколыхалась, как тени Старицы.

– О Господи! – выдохнул Алей, сияющими глазами глядя на Осень. – Это же и есть…

– Я и говорю, – Осень поглядела на него с шутливой укоризной. – Не вздумай отлынивать и иди вычитывать распечатку. Все ты можешь.

Голова пошла кругом от невыразимого облегчения. «Мастерство не пропьешь», – сам себе со смехом заметил Алей. Он уже поверил, что кончился как лайфхакер, а поиск его все равно работал – на автомате, в фоновом режиме.

И он найдет Инея! Лайфхакер из истории Ворона Вежина сумел отыскать человека в другой параллели, значит, это возможно. Пусть это окажется сколь угодно сложно и тяжело, но то, что сделал один, способен повторить другой. Он найдет брата.

И увидит отца.

И спросит.

Ему о многом нужно спросить.

…Вот только кодовую цепочку Воронова Алей тоже найти не смог. А Воронов, к сожалению, никуда не проваливался.

Но рядом сидела спокойная Осень, и вместо того чтобы заново впасть в панику, Алей задумался. Поначалу он решил, что не нашел код просто потому, что не хотел его искать. Может, стоило воспользоваться бритвой Оккама и вернуться к самому простому объяснению? «Я могу попытаться еще раз, – подумал Алей. – Найду Иньку, потом этим займусь. Вот и все».

Осень недолго последила за ним глазами и улыбнулась.

– Ну хорошо, – сказала она, поднимаясь с кресла. – Пойду-ка я пообедаю.

Алей опомнился.

– Подожди! – горячо сказал он. – Осень, времени нет, их нужно спасать!

– Кого?

– Обоих, папу и Иньку!

Осень остановилась у двери. С лица ее исчезла улыбка, она снова стала бесстрастной, будто ИскИн; помолчала немного и спросила:

– Уверен?

Алей, поднявшийся за ней следом, так и сел.

– Уверен?! – переспросил он в крайнем изумлении. – Осень, да я готов вскочить и побежать!

– Куда?

– Туда! В Пухово, туда, где точка перехода!

Осень покачала головой. Опустила ресницы и стала почти мрачной.

– Алик, остынь. Ты со страху все забыл.

– Что забыл?

– Сам вспоминай, – лицо ее было холодным. – Подключи голову, предельный поиск подключи. Я не получила всех необходимых данных, возможно, о чем-то мы узнаем позже, но я уже вижу, что ты пропустил одну очень серьезную ошибку. Глубинный баг. Из него растут все остальные.

Алей хлопал глазами: Осень, бесстрастная и величественная, была ни дать ни взять пифия.

– Рот закрой, – после паузы сказала пифия и улыбнулась снова. – А я обедать пойду. See you!

С тем она вышла из переговорки и пропала в офисной толчее.

Алей остался сидеть дурак дураком перед закрывшейся дверью.

На стекле двери надпись «ЯН», вывернутая, превращалась в «HR». Мимо прошел по коридору из антиспама в веб-поиск Ручей Любовин, эйчар-менеджер: посмотрел на Алея с недоумением и помахал ему рукой. Алей едва заметил его. «Вот те раз, – ошарашенно думал он. – Дорвей мою релевантность, как говорит Ворон Вежин… кстати, а что говорил Ворон Вежин?»

И тут Алей испытал острое желание побиться головой об стену.

Тайное начало становиться явным.

…Во-первых, точка перехода в каждый момент времени существует только для тех, кто в нее проваливается. Пройти след в след за пропавшими – задача для мастера, это поиск не проще, чем поиск Предела. Нужно по крайней мере знать, с чего начинать. Лайфхакер из истории Ворона Вежина отыскал стартовую точку в компьютере пропавшего парня. Нетрудно понять, что навело его на цель: за тем компьютером бедняга проводил большую часть жизни.

Но где искать такую точку для Ясеня? Для Инея?

«Не зная броду, не суйся в воду», – подумал Алей, досадуя. Хорош бы он был, в мыле примчавшись к новопуховскому супермаркету! Тут и День Вьюгин не помог бы: Ягуару известно об Алеевых родичах куда меньше, чем Алею.

А во-вторых – и в этом заключался тот самый глубинный баг, с лету обнаруженный Осенью – Старица не могла быть символом тупика!

У Алея мурашки побежали по коже, когда он понял, как глупо и прочно запутал сам себя, поддавшись эмоциям.