Вместо того чтобы повторить просьбу, он говорил о совершенно обыденных вещах, и Райли пришла к очень неприятному выводу, что он просто собирался подождать, пока она сама не затронет эту тему.

Или же он знал ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что она презирала и ультиматумы, и то, когда ее загоняют в угол. Или же он был совершенно уверен, что она рано или поздно будет доверять ему.

Обе эти возможности приводили ее в замешательство.

— Эй, Райли!

Она остановилась, но осталась на своем месте чуть выше линии прилива. Человек, махая рукой, чтобы привлечь ее внимание, быстро направлялся к ней по деревянной аллее, которая соединяла один из домов с пляжем.

Дом Пирсона? Райли не знала. Была ли она там вообще? Она не помнила. Дом, на который она смотрела, был ей не более знаком, чем остальные, стоявшие в опрятном ряду привлекательно индивидуализированных, но все же, в общем, очень похожих домов вдоль пляжа: просторные террасы, много окон, яркие пляжные полотенца, развешенные для сушки на перилах, колыхающиеся от легкого бриза. Ничто не делало этот дом запоминающимся.

Но мужчина …

«Я знаю тебя. Твое лицо в моей голове.»

Одно из лиц, по крайней мере. Симпатичное лицо, довольно худое с чуть выдающимися скулами. Это соответствовало его подтянутому телу, одетому в старую футболку с логотипом рок-группы и чуть мешковатые и слишком длинные шорты.

«По крайней мере он не носит Спидо…» [10]

Райли приложила все усилия, чтобы избавиться от неуместной мысли и обратить внимание на человека, неуклюже приближающегося к ней по глубокому песку, насыпанному у подножия лестницы.

Приблизительно сорок пять лет. Довольно высокий, с густой шевелюрой просто подстриженных темных волос и очень бледной кожей, на которой уже были видны первые розоватые признаки загара.

«Уже? Знаю ли я наверняка, что он пробыл здесь недолго, или только допускаю это со слов Эша?»

— Крем для загара, — случайно вырвалось у нее, когда он подошел.

— Вы можете сгореть еще до того, как доберетесь до пляжа. Это всё этот замечательный ветерок с воды.

Она все еще рылась в памяти, но до сих пор не нашла имени этому смутно знакомому лицу.

Он скривился:

— Да, Дженни мне тоже постоянно об этом твердит. Также она говорит, что над сгоревшим на солнце сатанистом проще шутить.

— Это резонно, — промолвила Райли. «Сатанист? Дерьмо! Но если он открыто говорит об этом…»

— Так или иначе, я намазался сегодня солнцезащитным кремом. И сейчас, подумав, могу сказать, что есть множество анекдотов на эту тему. Но это неважно. Райли, что слышно о теле, найденном вчера? Это было жертвоприношение?

— Вы должны знать, что я не уполномочена обсуждать детали с гражданскими лицами. Это текущее расследование, — «Твое имя! Черт, как тебя зовут?» — Стив. — «Так просто? Проклятие, держу пари, что ошиблась».

Но, очевидно, нет.

— Райли, если он был убит и висел прямо над алтарем в круге из соли, то мы оба знаем, что это ритуал.

Она опустила очки на нос и уставилась на него поверх них.

— Не мой ритуал, — поспешно добавил он. — Или наш, если быть точным. Перестаньте, Райли, вы же знаете, мы не занимаемся такими дерьмовыми делами. И я не знаю никого, кто бы занимался. И человеческая жертва, разумеется, это не то, чего мы ожидали, когда были приглашены туда.

«Приглашены?»

— Кстати, об этом, — сказала она, осторожно пробуя воду. — Насчет приглашения.

— Что насчет приглашения? — Стив нахмурился.

— Я рассказал вам все, когда мы обсуждали это в субботу днем.

— Много чего случилось с тех пор, — она держалась неопределенно.

Стив не нашел это странным:

— Без шуток. Я считаю, что шериф задействовал тебя в этом деле официально, да?

Райли надвинула очки на место, так что могла спрятаться за ними.

— Я уже сказала, Стив, ведется расследование.

— Ладно, ладно. Да, к вашему сведению: я бы с большим удовольствием разговаривал с вами, чем с шерифом. Он считает нас кучкой безумцев, скорее всего, опасных. Ну, вы знаете лучше.

«Правда?»

— Ну, вы не можете осуждать шерифа, — мягко сказала она. — Вы уже некоторое время разговариваете с людьми. О ваших убеждениях.

— Нам нечего скрывать, — Стив стоял на своем.

— Ммм… Нечего скрывать — это одно. А распространяться людям о том, что вы практикуете сатанизм, когда в этом районе происходят страшные вещи — значит напрашиваться на неприятности.

— Да, то же самое вы мне сказали в субботу.

Райли ждала, надеясь, что молчание с ее стороны заставит его заговорить. Это была техника, которая часто срабатывала в прошлом. И сработала сейчас.