— Профессор Трелони, занимающийся исследованиями, утверждает про связь камня с египетскими Казнями.

— Да-да. Мор, саранча, мошки, болезни и прочее, — вставил Маккен.

— То были страшные испытания, но бояться таких напастей сегодня не стоит. Фараон держал в рабстве евреев и за это, согласно Библии, был наказан. В Британской Империи нет рабов, следовательно, нет причин для наказаний, — проговорил Карнакки, отпивая бренди.

Бьёргард понимал, что, как и миллионы других людей, Карнакки не представляет масштаба возможной опасности. Камень даже для большинства знатоков истории являлся лишь дорогой безделушкой.

— В древнеегипетских летописях почти не сохранилось сведений об израильских племенах, живших в долине Нила. Казни тоже предпочли забыть. Египтяне не вписывали в летопись государства события, по их мнению, омрачающие историю великого древнего царства, и постепенно даже начинали верить, что то или иное из этих событий и вовсе не имело места.

Поняв, что Карнакки вряд ли располагает интересной информацией по поводу камня, Бьёргард решил проверить, знаком ли хозяин дома с Маунтмейном.

— Вам известен человек по имени Деклен Маунтмейн? — осторожно спросил гость.

Собеседники слегка побледнели. Чарльз удивился, что имя ирландца вызвало столь интересную реакцию. Маккен подавился бренди и, чертыхнувшись, выплеснул спиртное обратно в бокал.

— Если не ошибаюсь, он в некотором смысле ваш коллега, ибо тоже занимается оккультизмом.

В глазах Карнакки появилась ненависть.

— Маунтмейн занимается черной магией, а подобные эксперименты отнюдь не безобидны. С этим человеком лучше не иметь ничего общего.

— Неужели его подозревают в похищении "Семи звезд"? — спросил Маккен.

Бьёргард не ответил на вопрос. Поняв, что разговаривать далее бесполезно, он поспешил переменить тему и вскоре, попрощавшись, ушел.

Времени почти не осталось, и, не успев забежать домой, Бьёргард поймал экипаж и направился в центр Лондона. По дороге тайный агент решил вспомнить все, что знал о египетских Казнях, и попытаться расположить их в правильном порядке. Сначала воды священного Нила превратились в кровь, затем появились жабы, третья Казнь — мошки, возникшие из песка, четвертая — нашествие песьих мух, пятая — гибель всех животных, шестая — моровая язва, седьмая — град и молния, восьмая — саранча, девятая — сошествие ночной тьмы и, наконец, десятая — смерть всех оставшихся в Египте первенцев. Этот период странно описывается в Ветхом Завете: Бог насылает казни одну за другой, но не способен повлиять на фараона, который "ожесточил свое сердце" и не выпускает рабов-евреев из долины Нила. Создается впечатление, что Бог специально заставляет фараона упрямствовать и Всевышнему нравится истязать людей, продлевая жестокие мучения своих созданий. Почему-то в памяти опять всплыла Индия: солдаты там поступали так же — намеренно провоцировали вспышки недовольства среди населения, чтобы затем приступить к карательным мероприятиям.

На улице давно стемнело. Задумавшись, Бьёргард и не заметил, как экипаж въехал на площадь Кавендиш. Кэтрин уже ждала в назначенном месте. Она прикатила на велосипеде, одетая в мужскую одежду, лицо прикрывала шляпа. Бьёргард воздержался от шутливых комментариев по поводу внешности подруги, зная, сколько колкостей придется выслушать после этого в свой адрес.

Через некоторое время они уже шли вдоль по Уимпол-стрит.

— Думаешь, мы найдем хоть что-нибудь? — спросила Кэт.

— Вполне вероятно, однако вряд ли камень хранится в доступном месте. Хорошо бы для начала просто убедиться в правоте подозрений, а уж потом предоставить дело Лестрейду и полиции. Будем считать, у нас сегодня разведывательная экспедиция.

— Не представляю тебя в роли взломщика.

— Что ж, постараюсь поразить выдающимися способностями.

— Мы почти у дома. Кстати, я не думала, что особняк настолько мрачный.

Свет в доме Маунтмейна не горел. Бьёргард не ошибся, выбрав столь позднее время. Оставалось надеяться, что их с Кэт никто не заметит. Даже если Маунтмейн не спит, то наверняка занимается темными делами где-нибудь в дальнем кабинете.

— Какой этаж выбираешь для незаконного проникновения — первый или второй?

— Не угадала — подвал.

Особняк окружала железная остроконечная ограда. Ближайшие окна в подвал находились прямо под лестницей парадного входа. Чарльз предполагал, что под землей располагается кухня или винный погреб, а значит, в такое позднее время там никого не должно быть.

— Посмотри на странную эмблему, выгравированную на табличке рядом с крыльцом, — прошептала Кэт.

— Созвездие Большой Медведицы.

Действительно, семь значков на табличке образовывали созвездие, копию того, что сияло в ночном звездном небе над головами Кэт и Чарльза.

— Наверное, мы действительно на верном пути, — сказала журналистка.

— Ну ладно, пора, — сказал Чарльз после того, как они еще немного подождали в тени напротив дома. — Запомни: в случае опасности — посвисти, а если не вернусь — свяжись с Лестрейдом и не вздумай пойти за мной.

— В Клуб "Диоген" тоже сообщить?

— Да, — сухо ответил Бьёргард.

Он не любил, когда произносили название тайной организации вслух.

Кейт обняла Чарльза и, встав на цыпочки, поцеловала в губы.