Певица Леди Алина лежала в золотой спальной комнате. Ее никто не тревожил, но ей было страшно, жутко и обидно. Среди золота и роскоши не было простого телевизора, не было радио, не было книг и журналов. Она лежала и смотрела в темную ночь за окном, которое выходило на веранду, а окна веранды выходили в маленький цветник, дальше один большой забор… Леди Алина грустно вздохнула и вспомнила, что любимую сумку на колесиках она потеряла вместе с вещами, потом она подумала о матросе яхты Буйке и уснула.

Князь Кон спал один. Два охранника, с которыми он делился Аллой, спали за его дверью, сидя в креслах. Совесть его не мучила, он старел. Женщины ему все меньше были нужны. Алла и так дважды его завела, что было для него уже большой редкостью и радостью. А охранников-то он должен был порадовать? Вот и поделился, как последним куском хлеба, своей последней любовью. Он думал, что Алла будет об этом молчать.

Утро пролилось дождем. В пансионате все сидели по своим номерам, в столовую ходили по переходам между корпусами. Музыканты долбили ракетками по белым шарикам. Стук и крик слышно было далеко по коридорам здания.

Музыкант — директор сидел один в номере, он думал о порошке, стоил он не малых денег, хоть и не был наркотиком, в том и была его ценность, а действие на организм человека оказывал вполне определенное, как снотворное. Он уже знал, что выловили чемодан, но как его заполучить? Илья сам пришел к нему в номер и прямо спросил про порошок. Музыкант — директор вздрогнул, — это Илья сразу уловил.

— Где певица Леди Алина? — строго спросил Илья у директора — музыканта.

— Этого я не знаю, — боязливо передернулся музыкант.

— У нее был в чемодане порошок белого цвета?

— Был, но это не наркотик, это снотворное, успокоительное средство, не спрессованное в таблетки по просьбе заказчика.

— Откуда порошок, кому предназначался? — продолжил допрос Илья.

— С фармацевтического завода. Кому предназначался, я не знаю. Я должен был его отнести смотрителю маяка. Дальнейший путь порошка мне не известен.

— Порошок я вам отдам, вы его отнесете смотрителю, а мы посмотрим, куда он дальше пойдет. Согласны?

— У меня нет выбора. А насчет певицы Леди Алины, ее надо неделю подождать, если не появиться, тогда искать. С ней такое уже было, сбегала она ото всех.

— Вот порошок. Действуйте, как договорились.

Илья, закрыв дверь, почувствовал чувство легкости, что не надо в это дело Лиану втягивать. Она ему было дорога.

Дождь прекратился. Народ стал выходить из корпусов. Четверка из корпуса направилась к танцевальной веранде. Илья, увидев их шествие, пошел к веранде, по другой дороге.

— Лиана, я уже не хочу ехать в твой город, — сказал Демон.

— Кто бы в этом сомневался, — отозвалась Лиана, огорченная его словами.

— И правильно, мы с Лианой одни уедем к себе домой, — сказала без эмоций Алла.

— Да, разъедимся, каждый к себе домой и дело с концом, — промолвил безразличным голосом Антон.

— Мужчины, а где певица Леди Алина, это вы ей помогли бежать? — спросила Лиана, изображая заинтересованность в чужой судьбе.

— Ну, ты следопыт, от тебя ничего не скроешь! Да, это мы помогли донести вещи до причала, ее яхта ждала на горизонте, за ней приехала шлюпка, — ответил Демон.

— А почему нашли ее вещи? — спросила Алла.

— Вот этого я не знаю, — честно ответил Демон.

— Интересно, где она сейчас находится? — спросила Алла, ни к кому не обращаясь.

— Алла, она там, где ты была. Ты здесь, значит она — там, — сказал Антон с раздражением в голосе.

— Что? Она у Князя Кона? — выпалила Алла.

— И ты к нему хочешь? — спросил Демон с язвительной интонацией в голосе.

— Хочу! Вот хочу и все! Да, я хочу к нему, но он меня не хочет, а теперь у него еще эта певица Леди Алина! — раскричалась Алла.

— Алла, мы тебя можем отвезти на белом теплоходе, он туда через день ходит, — сказал ей Антон, с издевательскими нотками в голосе.

— Сама уеду! — крикнула Алла полная ревности к неожиданной сопернице.

— Вот до чего дошла любовь! Женщина к мужику собралась ехать, а у него другая! — завопил Антон.

— Не язви! Не трави душу! Денег нет, а то бы поехала, — крикнула Алла.

— Алла, так мы тебе наскребем на дорожку, — сказал Антон, — мы и до теплохода тебя проводим, а хозяйкой станешь, авось про нас не забудешь.