Камера повернула вправо, показав мост через реку. Удивительно, но прямо на нём были построены дома. Ладно бы у оснований, а то всей протяженности.

— Старый мост, — пояснил Паоло.

— Это настоящие дома на нём? — спросил Серёжка.

— Конечно настоящие.

— А зачем?

Ответить Паоло не успел: его изображение появилось в кадре.

— Это же вы, — изумился Стригалёв.

— Конечно, а кто же ещё? Это я снимал, чтобы потом на станции пересматривать, Землю вспоминать, — пояснил Валерка. — Сейчас и меня увидите.

И действительно несколько мгновений спустя он на экране присоединился к другу.

— Попросил прохожего немножко камеру подержать.

— А как остановить просмотр? — спросил Стригалёв.

Валерка молча ткнул тоненькой, похожей на исхудавший карандаш, палочкой в изображенную на экране кнопку. Изображение застыло.

— Да, кажется, я столкнулся с той правдой, которая невероятна до невозможности, — задумчиво произнёс врач. — Если бы я знал, что этот мост существовал именно во Флоренции, я бы поверил.

— А я и сейчас верю, — вставил своё слово Серёжка.

— Старый мост — известнейший памятник, — ответил Стригалёву Валерка. — Не может быть, чтобы о нём не осталось вообще никакой информации. Ведь у вас же есть глобальная информационная сеть. Нам рассказывали.

— Да есть, конечно, — снова встрял нетерпеливый Серёжка.

— Есть такая сеть, — подтвердил Стригалёв. — В ординаторской имеется терминал доступа. Прекращаем просмотр, и я иду искать что сохранилось про этот мост?

— Не надо. Вы же собор хотели? Он дальше будет, — сообщил Паоло.

— Не надо, давайте дальше смотреть, — поддержал Серёжка. — И всё-таки, дома на мосту зачем?

Понятно было бы, если укрепления на концах моста: для защиты от врагов. А по сторонам-то зачем? Вместо перил, что ли, чтобы с моста не падали?

Оказалось, совсем для другого. Паоло объяснил:

— В Средние Века в них были лавки. Мост — место людное, торговля хорошо шла.

— Улёт, — блеснул глазами Серёжка. — А чем торговали?

— Всяким разным. Сначала кожевники поселились. Им ведь для выделки кожи много воды нужно была, а тут она в двух шагах. Потом мясники. А потом великий герцог Фернандо Первый всех их выгнал, потому что ему запахи не нравились. И лавки заняли ювелиры: их ремесло не пахнет.

— Ишь какой нежный…

— Да уж… Герцоги — они такие…

— У нас не такие, — возразил Серёжка. — Вот у немцев в Нуэр-Позене главный — герцог. Точнее — херрцог, так они говорят. Любую тушу разделает не хуже профессионального мясника.

Собственно, у херрцога Альфреда-Густова прозвище было как раз «Мясник». Правда получил он его не за умелую разделку туш, а за скорый и беспощадный херрцогский суд, после которого он зачастую самолично творил над виновными расправу.

— А это что такое наверху моста? — задал вопрос Стригалёв. — На галерею какую-то похоже. Такое впечатление, что мост двухъярусный.

— Он действительно двухъярусный. Это коридор Вазари, он ведет из двоца Питти в галерею Уффици.

— Потайной ход. Классно! — откомментировал Серёжка.

— Какой же он потайной, если его отовсюду видно. Просто дополнительный ход сообщения. Вот в Старом дворе, там да. Там настоящие потайные ходы, — решил блеснуть знаниями Никита.

— И ты в них бывал?

— Немного. Думаю, что не во всех, — честно признался мальчишка.

— Все ходы там знают только гиды, — с чувством легкого превосходства заявил Паоло. — Да и то не все, а только самые опытные. Ну что, смотрим дальше?

— Давайте.

Валерка снова ткнул электопером в экран. Показ возобновился. С набережной реки съемки перенеслись в какой-то двор П-образного здания.

— Галерея Уффици, — пояснил Паоло.

Ни у врача, ни у пионера его слова не вызвали никаких эмоций. Похоже, об одном из знаменитейших музеев Земли в этом мире памяти не осталось.

Зато когда в объектив попала площадь Сеньории, зрители оживились.

— Ой, я эту скульптуру помню, — заявил Серёжка. — У нас в учебнике по истории такая картинка была.

— Не может быть, — тихо ахнул Стригалёв. — Это же «Давид» Микеланджело.

— Это копия, — разъяснил Паоло. — Оригинал находится в Старом дворце.

— А где этот Старый дворец?

— В кадре, — усмехнулся подросток.

На экране очень подробно демонстрировалось четырехэтажное каменное здание, больше похожее на замок, чем на дворец. Крепкая кладка явно не тонких стен, сравнительно маленькие оконца, зубцы на крыше, за которыми наверняка удобно прятаться стрелкам. С другой стороны, небольшая изящная башенка с часами и многочисленные штандарты, украшавшие фасад замка, настраивали на мирный лад.