Джомми Кросс слушал ее с тяжестью на душе. Не из-за опасности, которой подвергался сам, а из-за абсурдности братоубийственной войны между сланами. Джоанна Хиллори говорила теперь с едва скрываемым торжеством:

— Мы сделали большой шаг вперед, обретя уверенность в том, что раньше только подозревали. Мы изучили Луну, Марс, Венеру. Добрались до лун Юпитера, не встретив ни единого чужого звездолета, ни единого истинного слана — гадюк, как мы их называем. Вывод напрашивается сам собой. Не знаю, по какой причине, возможно потому, что тендрилы заставляют вас скрываться, вы так и не открыли законов антигравитации, позволяющих путешествовать в пространстве. Следовательно, гадюки не имеют звездолетов.

— Вы раздражаете своей логикой, — перебил ее Джомми, — Не могу поверить, чтобы слан мог до такой степени заблуждаться. Попробуйте хоть на секунду представить себе, только представить, что я рассказал вам правду.

Улыбка едва тронула ее губы.

— Всегда существуют лишь две возможности. Первой я поделилась с вами. Вторая, по которой вы никогда не были в контакте со сланами, волнует нас уже долгие годы. Если вас послали сланы, значит, им известно, что мы давно являемся хозяевами Центра аэронавтики. Но если вы слан-одиночка, то обладаете тайной, которая приведет к нашему разоблачению, когда вы вступите в контакт с гадюками. Короче, если ваша история правдива, мы должны с вами покончить, чтобы помешать вам в более или менее отдаленном будущем рассказать о нас. Кроме того, наша политика состоит в том, чтобы избегать малейшего риска при общении с гадюками. В любом случае можете считать себя покойником.

Она говорила твердо, ледяным тоном. Но не тон беспокоил Джомми. Его тревожило, что ее вовсе не интересовало, права она или нет. Ведь его внутренний мир был готов рухнуть — он повторял себе, что если сланы столь аморальны, то им нечего предложить миру, у самых скромных людей он видел больше сочувствия, терпимости и всепоглощающей доброты. Если все взрослые сланы подобны этой женщине, надежды нет.

Он подумал о бессмысленной войне между истинными сланами, людьми и безрогими сланами, и мысли его были чернее ночи. Неужели из-за братоубийственной войны мечты его отца канут в вечность? Взятые в катакомбах бумаги с записями отца лежали у него в кармане. Если эта безжалостная женщина убьет его, безрогие сланы используют их, но в каких целях? Вопреки логике Джомми следовало остаться в живых, чтобы избежать подобной катастрофы.

Женщина снова заговорила:

— Я рассмотрела ваш случай. У меня есть полное право казнить вас, не спрашивая разрешения Совета. Меня волнует лишь одно — заслуживает ли их внимания вставшая в связи с вами проблема. Или им будет достаточно простого отчета? Во всяком случае, не может идти и речи о пощаде. Так что не питайте тщетных надежд.

Однако надежда не оставляла его. Потребуется время на то, чтобы предстать перед Советом. Он выиграет время, а значит, и какие-то мгновения собственной жизни. Понимая, что должен сохранять спокойный тон, он поспешно сказал:

— Должен признаться, меня просто убивает ненависть между безрогими и истинными сланами. Неужели ваши собратья не понимают, что при общем положении дел только выиграют от сотрудничества с гадюками, как вы нас называете? Гадюки! Эта кличка весьма показательна — пропаганда, использующая самые низменные инстинкты, привела вас в состояние невероятного отупения.

Ее серые глаза еще метали молнии, но тон стал саркастическим:

— Быть может, немного истории просветит вас в отношении сотрудничества между сланами. Безрогие сланы существуют уже четыре столетия. Они образуют отдельную расу, но их единственное отличие от истинных сланов состоит в том, что они родились без тендрил. По соображениям безопасности они вначале жили в отдаленных районах. Были готовы стать друзьями истинных сланов в борьбе с общим врагом — людьми! Но каков был их ужас, когда на них напали и принялись уничтожать, когда их терпеливо созданная цивилизация затрещала под огнем и мечом истинных сланов! Они отчаянно пытались установить контакт, чтобы стать друзьями, но тщетно. В конце концов мы поняли, что нашим лучшим укрытием служат города людей. Ибо туда истинные сланы из-за своих тендрил проникать опасались. Настоящие гадюки! — Сарказм уступил место горечи, — Какая иная кличка подошла бы лучше? Дело не в ненависти, мы просто испытываем по отношению к вам врожденное недоверие. Если мы и избрали политику уничтожения, то только в качестве защитного рефлекса, превратившегося со временем в непоколебимую решимость.

— И все же ваши руководители могли бы попытаться пойти на переговоры.

— С кем вести переговоры? За последние три столетия мы не обнаружили ни единого убежища истинных сланов. Нескольких одиночек мы поймали при попытках напасть на нас. Во время схваток приходилось убивать и других. Но мы ничего о них не узнали. Они существуют, но где, как, каковы их цели — об этом нам ничего не известно. Все покрыто плотной завесой тайны.

— Если это правда, если вы не лжете, — пылко воскликнул Джомми Кросс, — прошу вас, миссис, снимите на мгновение ментальный контроль, чтобы я мог получить уверенность в том, что вы говорите правду! Я считаю абсурдной эту борьбу с того момента, когда узнал о существовании двух ветвей сланов. Если бы я был уверен, что это безумие односторонне, я мог бы…

— Что? — Ее голос стегнул его словно плеткой, — Помочь нам? Вы надеетесь, что мы поверим в искренность ваших намерений и развяжем вам руки? Чем больше вы говорите, тем опаснее я вас считаю. Мы всегда исходили из гипотезы, что гадюка, умеющая читать мысли, превосходит нас, а потому не даем ей времени удрать. Ваша юность сберегла вам десять минут, но теперь, зная вашу историю, я не вижу причины оставлять вас в живых. Не думаю, что ваш случай будет интересен Совету. Еше один вопрос… а потом смерть!

Джомми Кросс метнул в нее разъяренный взгляд. Конец доброму расположению — эта женщина уже ничем не напоминала ему мать. Если она говорила правду, следовало искать союза с безрогими сланами, а не с неуловимыми истинными сланами, действующими с непонятной жестокостью. Но в любом случае все, что она говорила, свидетельствовало, сколь опасно попадание в ее руки самого страшного оружия на Земле. Ему надо было убедить эту женщину, спасти себя. Другого выхода не существовало.

— Прежде чем задать последний вопрос, оцените, какие беспрецедентные возможности открываются перед вами. Неужели вы позволите ненависти омрачить ваши логические способности? Если верить вам, впервые в истории безрогих сланов вы взяли в плен истинного слана, глубоко убежденного в том, что сланы должны сотрудничать, а не сражаться.