В дверь ванной настойчиво постучали.

— Мелисса! — Это был Джованни.

Молодая женщина не ответила.

— Мелисса… бедная моя, дорогая девочка… мне необходимо поговорить с тобой! Просто необходимо! Выйди, пожалуйста… — Голос ее отца дрожал и срывался от волнения.

Ее отец…

Всю свою жизнь Мелисса гадала, кто он, донимала мать расспросами, но ответа не получала. Никакого.

— Ох, дорогая, даже не спрашивай! Это все давным-давно прошло и быльем поросло, — неизменно отмахивалась Барбара.

Поначалу девочка думала, что, возможно, жизнь отца окутана тайной… а может, это она, непослушная маленькая Мелисса, никакого отца не заслуживает. Однако со временем Мелисса подросла и образ жизни матери предстал перед ней со всей отчетливостью: бесконечная вереница мужчин, бесчисленная череда съемных квартир и коттеджей, где они жили по несколько месяцев, не больше. Бессмысленное, никчемное, беспорядочное перепархивание с цветка на цветок, от одного удовольствия к другому… И Мелисса с горечью поняла, в чем дело. Должно быть, ее мать и сама не знает, от которого из своих многочисленных любовников родила дочку.

Будучи подростком, Мелисса приезжала домой на каникулы — Барбара пристроила девочку в школу-интернат при первой же возможности — и жадно вглядывалась в лица материнских знакомых, приятелей и ухажеров, ища и не находя сходства с собой.

Да откуда бы ему взяться, этому сходству, если Мелисса была как две капли воды похожа на мать? Вот только зеленые, как изумруды, глаза могли послужить подсказкой, да и то ненадежной. Мало ли на свете зеленоглазых мужчин?

Со временем Мелисса примирилась с мыслью, что ей не суждено узнать, кто ее отец, какой он национальности и жив ли еще.

А потом — эта случайная встреча, противоречащая всем законам статистики вкупе с теорией вероятности… При мысли о том, с какой легкостью встреча эта, перевернувшая всю ее жизнь, могла бы и не состояться, Мелисса до сих пор холодела от ужаса.

Не правдоподобное мгновение навсегда запечатлелось в ее памяти. Девушка только что прилетела из Дели и шла получать багаж, как вдруг какой-то мужчина средних лет, замешкавшись на пороге зала ожидания первого класса, уставился на нее во все глаза, как будто привидение увидел.

Мелисса, возможно, и внимания на него не обратила бы, если бы тот не произнес потрясенно, словно не веря:

— Барбара!..

Незнакомец протянул к ней руку, сказал что-то на непонятном девушке языке и вновь повторил имя ее матери. Мелисса остановилась.

Девушка знала: внешне она вылитый портрет матери. Сколько раз удивительное сходство ставило материнских знакомых в тупик, а пару-тройку раз даже порождало путаницу! По возрасту незнакомец в приятели матери вроде бы вполне годился. Костюм на нем был дорогой, сам он явно принадлежал к тем, кто летает первым классом, и при этом был весьма хорош собой — седеющие виски придавали его представительной внешности особую привлекательность. А значит, он полностью соответствовал тому типу мужчин, на которых "западала" Барбара Гринбери.

Мелисса покачала головой.

— Нет, я дочь Барбары. — Говорила она по-английски, понимая, что, невзирая на явно южную внешность, незнакомец не может не знать языка международного общения.

— Да-да, конечно, — меланхолично откликнулся тот. — Даже Барбаре, с ее сногсшибательной красотой, не дано обманывать время столь долго.

Незнакомец вгляделся в лицо девушки. Какие у него добрые глаза, тут же подумала Мелисса, и при этом чудится в них нечто знакомое… Может, они где-то встречались раньше, а она запамятовала?

— А вы материнскую красоту со всей очевидностью унаследовали. Вы ведь не обижаетесь, что я так говорю?

— Вовсе нет, — улыбнулась Мелисса.

Незнакомец кивнул, а затем, словно из вежливости, поинтересовался:

— Как поживает Барбара? Раз вы ее дочь, выходит, она таки вышла замуж. Во времена нашего знакомства Барбара и слышать о браке не хотела!

Лицо девушки окаменело.

— Барбара погибла в автокатастрофе два года назад.

— Простите мою бестактность, — поспешил извиниться незнакомец. — Я ничего не знал…

И возможно, мне не следовало спрашивать.

Приношу вам свои соболезнования. Вам и вашему отцу.

Мелисса покачала головой.

— Замуж моя мать так и не вышла. Боюсь, это отвращение к священному институту брака Барбара Гринбери пронесла через всю жизнь.

Незнакомец удрученно развел руками.

— Да, помню, Барбара и впрямь брачных уз не признавала, но я это списывал на молодость.

Когда мы познакомились, она была совсем юной… да и я тоже, если на то пошло. Сколько же лет назад было дело? — Он быстро подсчитал в уме. — Двадцать с лишним. Я повстречал Барбару в Ницце, в казино… Как сейчас помню, стоял июнь, повсюду цвели розы… Мы пробыли вместе месяца полтора. Она — как же это сказать по-английски? — просто очаровала меня. Женщины красивее я в жизни не встречал!