— Да, — кивнул Джузеппе.

— Надо же — и с размерами не ошиблась, — Лаура положила руку на спину гориллы, возвышавшуюся над ней, несмотря на то, что юнит сидел. — Какая шерсть мягкая. Но почему он такой большой, гориллы же обычно меньше?

— Чтобы браконьеры боялись, — Ямагучи был сама серьезность. — Они от одного его вида в штаны положат, так, кажется, говорится?

— Да я сам чуть не положил, — пробормотал рейнджер. — Как представлю, что эта штука может взбеситься. Тут гранатомет нужен, чтобы ее утихомирить.

— Гранатомет? Нет-нет, — техник замотал головой. — Жозеф-сан, гранатомета мало.

Судя по мрачной физиономии, рейнджера это известие не обрадовало.

— Не бойся, Жозеф, без работы он вас не оставит, — подбодрил Джузеппе. — Сам знаешь, сколько дел в парке.

— Знаю, — вздохнул Жозеф, — Но нашим эта штука не по душе. Да, Луи?

— Замба. Замба Мангей, — прервал молчание Луи, — Нехорошо.

— Кажется, это значит «ужас леса» на лингала? — заинтересовалась Лаура. — Никак в языках банту не разберусь. Столько диалектов.

Десятый язык, машинально отметил Джузеппе. Иногда рядом с Лаурой он чувствовал себя ребенком — со своей ученой степенью, научными работами, книгами. Беспомощный бородатый ребенок.

— Примерно так, — кивнул Жозеф. — Но вы на Луи не обращайте внимания, он у нас внук бокора, да, Луи?

Луи исподлобья глянул на Жозефа — так, что тот поперхнулся очередной остротой, вернулся к джипу и сел за руль, всем своим видом давая понять, что не желает ничего общего иметь с дьявольской придумкой белых людей.

— Мы называем его FOU — free observertion unit, [4]– Ямагучи продолжил короткую лекцию. — Как вы знаете, Лаура-сан, главный бич парка — браконьеры. В прошлом году было убито двадцать горилл.

— Двадцать три, — поправил Джузеппе. — Два окапи, пятьдесят кистеухих свиней, один лесной слон.

— Ужасно, — тихо сказал Ямагучи. — Как правило, животных едят, в том числе и обезьян — местным жителям не хватает белка в рационе. К тому же органы и конечности, например, горилл, очень ценятся в китайской медицине. Ну, вы знаете, все эти средства для увеличения мужской силы…

Ямагучи пренебрежительно поморщился.

— Чтобы свести подобные случаи к минимуму и был создан FOU, — он похлопал робота по колену.

— Полностью автономный механизм! Патрулирует территорию, собирает данные о поведении горилл, сообщает о браконьерах и защищает места обитания горилл от хищников. Любых хищников, вы понимаете, Лаура-сан?

— Понимаете, — кивнула Лори. — Гориллы могут отогнать льва, но бессильны против винтовки.

— В отличие от нашего FOU! — просиял Ямагучи. — Единственный запрет — на убийство людей. Только обезоруживание и конвоирование за пределы территории Вирунги.

— Поправили законы робототехники? — с интересом пробормотала Лаура. — Значит, запрещены только действия с летальным исходом?

— Если кто-то будет очень упорствовать, это плохо скажется на его здоровье, — вздохнул техник. — Это война, Лаура-сан, и животные в ней проигрывают. В пределах парка могут перемещаться лишь сотрудники лабораторий, рейнджеры и туристические группы в сопровождении проводника. Все они внесены в базу данных, у каждого уникальный идентификационный номер. Жозеф?

Рейнджер продемонстрировал браслет на запястье.

— А если он будет похищен? — Лаура с ходу начала искать слабые места.

— Обладатель ID должен быть в базе, — покачал головой Ямагучи. — К тому же номер похищенного или потерянного браслета мы сразу же аннулируем.

— А если рейнджеры сами кого-нибудь подстрелят?

— Если юнит окажется свидетелем противоправных действий сотрудников парка, он будет руководствоваться инструкцией. — Джузеппе показалось, что техник дословно процитировал один из параграфов.

— Этого я и боюсь, — пробурчал Жозеф.

— Жозеф-сан, ну ты же не будешь убивать, например, окапи? — удивился техник.

— Их еще отыщи, этих свинов, — рейнджер был лаконичен, но у Джузеппе возникло чувство, что тот не отказался подстрелить кого-нибудь, входящего в Красную книгу.

— Вот установят протекторат ООН, вообще границы парка закроют, — заметил Ямагучи. — Не разгуляешься.

— Когда это еще будет, — отмахнулся рейнджер. — Хотел бы я посмотреть, как они такую площадь закроют.

— Что, после «Первой китобойной» [5] Япония взялась за ум? — съязвила Лаура.