Его близнецу была уготована иная судьба. Отряд отважных русских воинов совершил дерзкий набег на Сарай-Берке и «пленил» золотого коня. Враг устроил погоню за смельчаками, и тем не оставалось ничего иного, как спрятать свой драгоценный трофей на дне встретившейся им на пути степной речушки, а самим вступить в неравный бой со значительно превосходившими силами преследователей. В этом сражении пали все до одного русские воины, унеся с собой в небытие тайну золотого коня.

После того как в конце XIV века полчища Тимура разорили Сарай-Берке, бесследно исчез и тот конь, что, по преданию, находился в могиле Мамая.

Были ли эти кони на самом деле или они существовали только в легенде?

Если на этот счет могут быть сомнения, то в реальности кладов Монтесумы, Атауальпы и других правителей латиноамериканских народов и племен — ацтеков, инков, майя — сомневаться не приходится: об этом говорят не только легенды, но и исторические документы. У древних жителей стран Латинской Америки золото считалось священным металлом, символом бога Солнца. Огромные количества драгоценного металла скапливались у вождей, жрецов и тому подобных высокопоставленных лиц. Своеобразными хранилищами золота стали в этих странах храмы: потолок одного из них был весь усыпан ажурными золотыми звездами, золотыми стрекозами, бабочками, птицами, которые, словно невесомые, парили над людьми и были так великолепны, что их красота вызывала трепетное восхищение у всех, кто попадал в храм.

Впрочем, ступившие в начале XVI века на берега Американского континента испанцы и португальцы испытывали при виде сверкающих золотых шедевров отнюдь не трепет, а алчное желание тотчас же прибрать их к рукам. Конкистадорам и не снились те сказочные сокровища, которые предстали перед ними на земле Америки. Аборигены готовы были щедро делиться своими богатствами с гостями: когда в 1519 году Эрнан Кортес пересек океан и высадился в мексиканском порту Веракрус, индейцы, не подозревавшие, какую печальную судьбу уготовил им белокожий пришелец, преподнесли ему в дар, помимо множества украшений, два огромных диска величиной с колесо телеги — золотой и серебряный, символизировавшие Солнце и Луну. Но Кортесу и его подручным такие дары показались скромными, и они принялись грабить все подряд, проявляя при этом жестокость и вероломство. Когда ацтекам стали ясны истинные цели «дружеского визита» заокеанских гостей, они поспешили понадежнее скрыть оставшееся неразграбленным золото и серебро. Тогда-то и родились многочисленные легенды о припрятанных сокровищах последнего правителя ацтеков Монтесумы. Местонахождение этих кладов до сих пор неизвестно, и армия искателей счастья пока вынуждена довольствоваться лишь осколками легендарных богатств, которые время от времени удается найти в разных частях Мексики.

Не меньше легенд и сказаний, касающихся кладов, связано с именем другого латиноамериканского правителя времен конкисты — вождя инков Атауальпы. Когда в начале 30-х годов XVI века один из главарей испанского вторжения Франсиско Писарро прибыл на землю инков, там шли междоусобные войны. Само по себе появление чужеземцев поначалу не предвещало индейцам никаких бед. Напротив, их правитель Великий Инка Атауальпа решил, что сами боги явились помочь ему победоносно завершить войну с претендовавшим на власть братом Уаскаром.

Писарро пригласил Великого Инку на пир, устроенный якобы в его честь. Ничего не подозревавший Атауальпа прибыл на торжества на золотых носилках, украшенных разноцветными перьями. Ни он, ни его свита не были вооружены. На это и рассчитывал коварный завоеватель. По его сигналу испанцы напали на инков, перебили всю свиту, а самого вождя взяли в плен.

Продержав Атауальпу несколько дней под стражей, Писарро пообещал ему свободу, если тот в течение двух месяцев наполнит золотом большую комнату, в которой был заточен, на высоту поднятой руки. Великий Инка согласился на этот фантастический выкуп. По всей стране были разосланы гонцы Атауальпы, и вскоре к месту его пленения потянулись вереницы носильщиков, сгибающихся под тяжестью золотых сосудов, статуэток, украшений и других изделий. Груда золота росла, и все же, когда истек назначенный срок, комната еще не была заполнена до нужной высоты. И хотя вождь инков просил Писарро подождать еще немного, тот решил казнить его, так как, по мнению конкистадоров, Великий Инка, оказавшись на свободе, мог стать для них опасным противником. В это время в пути находились многотысячные караваны лам, груженных золотом. Инки спешили выкупить своего правителя, но, узнав о его казни, они спрятали свой драгоценный груз где-то высоко в горах. В числе прочих сокровищ из рук завоевателей ускользнула громадная золотая цепь, изготовленная по приказу отца Атауальпы Уайна Капака (с ее судьбой вы уже знакомы). Где они — эти груды золота и серебра, вошедшие в историю как сокровища Атауальпы?

Их по сей день пытаются найти в горах Американского континента тысячи и тысячи искателей кладов. Пока они ищут, отправимся совсем в другие горы — Уральские.

Здесь, как утверждал известный советский геолог и популяризатор науки профессор А. А. Малахов, спрятал свои «сбережения» Емельян Пугачев, когда понял, что его попытка овладеть российским престолом обречена на провал. Поводом для возникновения версии о пугачевском кладе послужила случайно приобретенная ученым в середине 60-х годов малахитовая пластинка — вероятнее всего, крышка от старинной шкатулки. В калейдоскопе научных и житейских проблем у Малахова до нее долго не доходили руки, но однажды настал и ее час.

Профессор решил как-то внимательно рассмотреть зеленую плитку, вооружился увеличительным стеклом и неожиданно для себя увидел любопытную и загадочную картину: целая портретная галерея людей в высоких меховых шапках — такие головные уборы были в моде у русских людей во второй половине XVIII века. Более того, приглядевшись, ученый обнаружил в одном из портретов немалое сходство с Емельяном Пугачевым, да и другие изображенные на малахитовом «холсте» лица напоминали по описаниям некоторых сподвижников крестьянского царя. Один из них, например, имел явно восточный разрез глаз — уж не Салават ли это Юлаев, талантливый башкирский поэт и отважный воин, сражавшийся на стороне восставших крестьян?

Судя по всему, плитка была создана в XVIII столетии, поскольку кусочки малахита неизвестный мастер наклеивал на мрамор, а в следующем столетии камнерезы уже использовали обычно для этой цели металлические пластинки. Чтобы хоть в какой-то мере пролить свет на происхождение загадочного группового портрета, Малахов подверг плитку ультрафиолетовому облучению, а свердловские криминалисты с помощью специальных методов выполнили ряд фотографий. И что же удалось выяснить?

Оказалось, что верхний слой пластинки отличается по структуре от малахита: поверхностное вещество излучает бледно-зеленый свет, а малахит в ультрафиолетовой «обстановке» ведет себя иначе. Видимо, художник по камню либо воспользовался чем-то вроде эмали, либо втирал при нагреве в камень малахитовую крошку, смешанную с клеем.