— Это была страшная резня, больше я ничего не помню. Из фанатиков получаются плохие солдаты.

— Ну а что будет после сражения? Релкин улыбнулся:

— Не знаю, Энди. Когда в деле замешана Серая Леди, может случиться все, что угодно. Возможно, мы и впрямь пойдем на край света. Когда-нибудь с нами и такое случится.

— Итак, — Энди покачал головой, — Земли Ужаса, как их все тут называют. Релкин снова рассмеялся:

— А знаешь, я бы тоже чувствовал себя паршиво, если бы не одно обстоятельство.

— Какое же?

— Если я пойду в эти страшные земли, то пойду с самым лучшим в мире драконьим эскадроном. Я еще не встречал врага, который бы мог нас победить.

Мальчики посидели еще, слушая пение женщин на далеком берегу озера, окруженного фонарями, сверкающими в темноте. Неожиданно вынырнул Базил, весь покрытый искрящимися каплями, да и сам он сиял от счастья.

— Думаю, можно побыть здесь еще немножко, — ответил он, когда Релкин заявил, что пора возвращаться в часть.

— И Уилиджер отправит меня в наряд, если мы так поступим.

— Может, тебе это пойдет на пользу.

— Тогда я долго не смогу ухаживать за драконом.

— М-м-м, здесь ты прав.

Все еще чувствуя приятную тяжесть в желудках и благодушие, триумфаторы отправились в часть. Там Релкин первым делом вещь за вещью пересмотрел все свое снаряжение и убедился в его отличном состоянии, можно сказать, в блестящем. Все было совершенно цело, даже джобогин был полностью отремонтирован, запас ремней оправдал себя.

Появился Уилиджер, и началась инспекция. Командир эскадрона изо всех сил старался найти повод придраться к Релкину, но ничего обнаружить не смог, как ни затягивал проверку. Так он и ушел, разочарованно шипя сквозь зубы.

Прозвучал горн, сзывающий к вечернему приему пищи, но ни свежий хлеб, ни горячий акх, ни лапша не в силах были прельстить дракона со сломанным хвостом, уже отправившегося на боковую.

Да и Релкин едва прислушивался к звукам знакомой суеты. Вокруг него мальчики толкали тележки и тачки, нагруженные титаническими порциями пищи, предназначенной для вивернов. Откуда-то издалека доносился шум походных кухонь. Крики и смех, далекий звон котлов — все, что обычно сопровождает в легионах прием пищи.

Релкина окончательно одолел сон, и он растянулся на своей койке, мгновенно отключившись.

Ему снилась Эйлса с развевающимися за спиной белокурыми волосами, на ней был зеленый плащ, и она ехала на маленькой белой лошади — пони, которых выращивали в клане Ваттель. Потом мальчишке приснился он сам. Они вместе с Эйлсой гуляли по высокогорной долине, а над ними, на фоне голубого неба, возвышался Мальгунский хребет. Это был совершенно чудесный сон.

Проснулся Релкин под тревожное пение труб, дробь барабанов и ржание коней. Вокруг истошно заливались сигнальные горны, поднимая армию.

Пробежал командир эскадрона Уилиджер, выкликая подчиненных по именам. Со всех сторон слышались голоса других командиров, отдающих приказы. Снова и снова заливались рожки, призывая солдат на бой.

Сначала мальчишка двигался очень вяло. Давали себя знать последствия вчерашнего чревоугодия, да и пива он выпил больше, чем следовало. Чувствовал он себя очень странно — словно все эти бесчисленные лакомства до сих пор не переварились. Все же он сумел одеться и пристегнуть меч. Дракон уже был на ногах.

В дверь просунулась голова Джака.

— Поторопись, Релкин! Давай быстрее, Базил! Война! Пришел враг.

— Но!.. — Релкин больше ничего не мог сказать. Слова самым предательским образом попрятались.

— Мальчик, где хвостовой меч? Релкин с усилием встряхнулся:

— Я поставил его у двери, хотел утром отдать в заточку.

— Вижу его. Взял. Шлем?

Релкин включился в сборы.

Через минуту оба уже выходили из стойла. Эскадрон выстроился на улице и направился к городским воротам.

Из-за городских стен доносился страшный шум. Он походил на звук волн, бьющихся о берег в зимний шторм — такой же сильный и мерный.

Поравнявшись с кавалерийскими пикетами, легионеры услышали последние новости. Во-первых, враг вернулся и несколько часов назад открыл военные действия против Кубхи. Тучи темнокожих конников обрушились на кавалерию легиона и отбросили ее к самой границе города. Вслед за вражеской конницей с огромной скоростью движется толпа пехотинцев.

То, что поначалу казалось просто кавалерийской стычкой, спустя несколько часов обернулось штурмом столицы. Генерал Баксандер понял это с некоторым запозданием. По дороге на Кубху двигалась вся крэхинская армия. Завидев стены города, фанатики перешли на бег, что не мешало им громко распевать кровожадные гимны. Истерический экстаз овладел обезумевшей толпой. С севера и запада можно было видеть длинные ряды факелов. Тем временем вражеская кавалерия еще раз атаковала порядком потрепанные передовые отряды легионов.