–  Илин...

Она остановилась. Видимо, Илин всегда была готова выслушать людей, желающих с ней поговорить. Весьма вероятно, это было причиной многих неприятностей, выпавших на ее долю.

Хет продолжал:

–  Когда я жил в Анклаве...
– Она повернулась, чтобы видеть его лицо, но Хет отвел глаза.
– Бандиты атаковали пещеры, в которых жил мой клан, они убили большинство моих родных и захватили пленников, в том числе и меня. Они держали нас в плену три дня, но я почти ничего не помню об этом времени. Когда пришли наши, все остальные были мертвы, кроме меня. Этот-как-его-там-звать сказал мне, что они отстанут от меня, если я буду драться с одним из них. Я думаю, именно это пообещал и один из тех разбойников. Но только все произошло совсем иначе.

Нет, надо думать, тут добавилось и еще кое-что. Возможно, удар боль-палки что-то нарушил в его сознании, но в какое-то мгновение он снова очутился там - среди разбойников.

Илин двинулась к нему, но остановилась у фонтана. Вымыла руки, обтерла их о кафтан и смущенно посмотрела на Хета.

–  Вот потому-то ты и не живешь в Анклаве?

Рассказ Хета не был ни объяснением, ни попыткой оправдаться. Он сам не знал, почему ему показалось столь важным объясниться с Илин.

–  Раз они убили всех, кроме меня, значит, для этого была какая-то причина. Во всяком случае, так решили все остальные семьи...

Илин сделала вдох, чтобы ответить ему что-то, но он перебил ее:

–  Что ты узнала от Риатена?

Она запнулась:

–  Он послал кого-то за записями.
– Теперь наступила ее очередь прятать от Хета глаза.
– Я хочу кое-что сказать тебе. Пожалуйста, выслушай и не задавай вопросов, на которые я не смогу ответить. Есть большой шанс, что посольство крисов разыскивает именно тебя. Если бы ты сумел с ними договориться, это... облегчило бы положение нас обоих.
– Она покопалась в своих карманах и достала оттуда жетон, который показывала страже, используя его в качестве пропуска на верхние ярусы. Она протянула его Хету.
– Мне придется ждать, пока писцы Риатена найдут для нас того ученого; а я улажу все с этой дракой с учениками. А ты лучше отправляйся за Сагаем. Мы встретимся в Академии.

Хет внимательно осмотрел пропуск со всех сторон, не зная, как понимать слова Илин. Жетон был тяжел, имел вид монеты и все еще хранил тепло тела Илин. На нем было изображено перечеркнутое солнце - символ императорского двора. Хету нравилась Илин, он считал ее честной (в пределах этики Хранителей), но он никак не ожидал, что она так проникнется чувством к нему, что предаст самого Риатена. А выражение ее лица, ее поза - все говорило именно о предательстве. Он поднял глаза и увидел, что с террасы, нависающей над садиком, за ними пристально наблюдает Кайтен Сеул. Тогда Хет схватил Илин за плечи, приподнял и поцеловал в губы. Он исчез задолго до того, как она или Сеул успели отреагировать на его выходку, скрывшись под ближайшей аркой, которая вела из садика.

* * *

Илин присела на край фонтана. Жар, который она ощущала, подсказывал ей, что сейчас цвет ее лица приближается к прекрасному малиновому оттенку. Удивительно было другое - почему она от подобного шока не посинела?

Пока Сеул шел к ней с одной стороны, с другой в садик вошли тренер молодых Хранителей и Гандин. Гандин присел рядом с ней. Он ухмылялся. Илин хотела бы пощечиной стереть это выражение с его лица, но все же сумела вовремя удержаться.

Гандин спросил:

–  Ты видела, что он сделал с Тератом?

Теперь Сеул нависал над ней, испепеляя взглядом. Она сделала вид, что не видит ни того, ни другого, и обратилась к тренеру:

–  Глубоко сожалею о том, что произошло. Этого не должно было случиться.

–  Терат сам напросился, - возразил Гандин.

–  Мне это известно, - резко оборвала его Илин, недовольная его вмешательством.

Тренер кивнул. Она знала его почти столько же лет, сколько и Сонета Риатена. Он обучал ее приемам боя, которые уже не раз спасли ей жизнь, когда придворные интриги доходили до смертельного накала. Тренер пробормотал:

–  Юные идиоты, вот они кто такие. Я позабочусь, чтобы шума по этому поводу не было.
– Он поднял брови.
– Если потребуется, скажу, что сам устроил это - как проверку их готовности.

–  Спасибо.
– Илин посмотрела на него с удивлением и благодарностью.

Она ожидала, что ей придется внести за Хета большой залог, когда Терат обвинит его, и искать какой-то выход, чтобы крису не пришлось предстать перед Высоким Судом. Лица, не имеющие гражданства, не могли давать показаний - разве что под пыткой, - даже если они были единственными свидетелями.

–  В этом уроке они очень нуждались, - продолжал тренер.
– Теперь они знают, что одно низкое происхождение противника отнюдь не гарантия того, что тот не выпустит им кишки в открытом бою.

–  Ох!
– Илин вспомнила, что ответил ей Хет, когда она обвинила его в том, что он чуть не прикончил Терата. "Мне лучше накопить денег и уехать в Кеннильяр, как хочет сделать Сагай. Там нет Хранителей. Я смогу там чем-нибудь заняться, чем-нибудь таким, что не требует мозгов".

Гандин, нахмурившись, поглядел на Сеула: