5. Я согласен, что совершаю необратимый поступок.

6. Я подумал и принял взвешенное и окончательное и бесповоротное решение.

7. Я осознанно иду на риск физической гибели, о вероятности которой предупрежден.

С некоторых пор я тоже сделался бюрократом и формалистом.

Потом я пристроил шлем на голове клиента, и запустил программу. Когда стало ясно, что переход осуществлен, я надел второй шлем уже на себя, и оказался в собственных покоях во Дворце.

Рядом топтался мой клиент. С обалдевшим видом он озирался по сторонам и явно не понимал происходящего. Скорее всего, парень до конца так и не поверил в то, что действительно попадет в другую реальность.

Я дернул за шнурок и позвонил Ольгерду. Когда тот появился, то, как всегда церемонно, поклонился и сказал:

— Доброго здравия, повелитель.

— Здравствуй Ольгерд. У меня к тебе будет небольшая просьба. Вот этого человека надо срочно переодеть в нормальную одежду и устроить. Все как обычно. Ему придется выдать денежное пособие и необходимые документы, а его одежду обязательно сжечь. Выдай ему обычное одеяние среднего горожанина. Какого-нибудь отставника или еще кого незаметного, а потом отправь обучаться языку и вообще всему необходимому для жизни. Все за счет текущих расходов, как и раньше.

— Понятно, повелитель, — невозмутимо ответил Ольгерд. Его вовсе не удивило появление неизвестного мужика в моих покоях, куда получить доступ просто невозможно для постороннего.

— Нам можно идти?

— Да, идите. И как всегда — во Дворец его больше не пропускать.

Ольгерд поклонился, и знаком указал клиенту, что тому следует идти за ним. Скорее всего, больше я никогда уже не вижу этого парня. Во всяком случае, весьма на это рассчитываю. Хотя — нет! В моей московской квартире лежало его бренное тело, которое предстояло срочно пристраивать. Как я же все это не люблю!

Схема отработана до мелочей.

По возвращении назад, я резко снял шлем со своего клиента. Человек дернулся и затих. Все было закончено. После этого я отправил специальную эсэмэску, запер в шкаф оборудование и быстро покинул квартиру, спрятав ключ над дверью в лотке для проводки. Система давно отлажена и работает безукоризненно. Минут через тридцать сюда приедет «доставка мебели», и бригада крепких мужиков вынесет из моей квартиры узкий двухстворчатый шкаф. Слишком тяжелый для пустого шкафа… А потом такой же, или очень похожий шкаф «куплю» я и привезу обратно. Случайных свидетелей сцена ничем не удивит: мало ли — человек мебель меняет! Да и не должно их быть, этих свидетелей в середине рабочего дня. Иногда схема меняется так, что окружающие вообще не замечают чего-либо подозрительного. Более того, ничего не должны засечь и заподозрить даже те, кому это положено по штату.

* * *

Через пару часов впавшего в летаргию человека найдут на скамеечке в скверике Тверского бульвара. Или Гоголевского. Или какого-нибудь еще. Возможно, что этот человек сам откроет глаза, но не вспомнит ни своего имени, ни адреса, ни вообще кто он такой. Он будет пускать слюни и писать в штаны. Возможно, что через полтора года он приобретет способность говорить «мама», управлять своим кишечником с мочевым пузырем и станет проситься на горшок. Хотя, может случиться и так, что в его возрасте этот срок окажется более продолжительным.

Что-то такое знакомое. Где-то я уже читал про такое, в какой-то фантастической повести, или в романе… [5]

Часть вторая

1. Призрак

А

лекс прервал свой рассказ, и некоторое время молчал, задумчиво разглядывая внутренность зала кафе. Потом он встал из-за стола, подошел к стойке, некоторое время говорил о чем-то с барменом, а когда вернулся назад, то нес в одной руке пару маленьких кружек пива, а в другой — бутылку кваса.

Какое-то время мы пили молча: я квас, а он свое пиво.

— Слушай, а ты веришь в привидений или призраков? — вдруг задал вопрос мой приятель после второй кружки.

Пиво было крепкое, черное. Я его не пила, потому, что не любила. Едва попробовала, а потом только смотрела и лишь составляла компанию, потребляя несколько похожий по цвету квас. Не нравится мне темное пиво, да и для печени, говорят, вредно.

— В смысле — в призраков? — не поняла я. — Не боишься пить пиво? Ты же за рулем?

— Ерунда, разве это алкоголь? Раз десять протрезвею, пока мы здесь сидим. Да и ехать тут недолго. А вот если я все-таки напьюсь, то что станешь со мной делать?

— Ничего не стану. Оставлю на этом самом месте и уйду. Так что там про призраков? — напомнила я.

— А про призраков я спросил в самом прямом смысле. Наипрямейшем. Как считаешь, призраки в этом мире бывают?

— Бывают, конечно, — кивнула я, и отхлебнул квасу из такой же, как и у Алекса пивной кружки. — Причем бывают по разным поводам и причинам. То вот по пьяному делу, то по неосторожности, а то и призрак коммунизма может напасть. Из-за угла. Он вон до сих пор шастает, понимаешь ли. Это раньше он все по Европам больше бродил, а теперь где ни попадя ошивается. От наркоты еще можно призраков увидеть, особенно под грибочками они хорошо идут…