Мы говорим часто о союзе с середняком. Но чтобы укрепить в наших условиях этот союз, надо вести решительную борьбу с кулачеством, с капиталистическими элементами в деревне. Поэтому XV съезд нашей партии был совершенно прав, когда он дал лозунг усиления наступления на кулачество. Но можно ли вести успешную борьбу с кулачеством, не ведя усиленной работы среди бедноты, не подымая бедноту против кулачества, не оказывая систематической помощи бедноте? Ясно, что нельзя! Середняк есть класс колеблющийся. Если с беднотой у нас плохо, если беднота не представляет еще организованной опоры Советской власти, — кулак чувствует себя в силе, середняк колеблется в сторону кулака. И наоборот: если с беднотой у нас хорошо, если беднота представляет организованную опору Советской власти, — кулак чувствует себя в осадном положении, середняк колеблется в сторону рабочего класса.

Вот почему я думаю, что усиление работы среди бедноты, организация систематической помощи бедноте, наконец, превращение самой бедноты в организованную опору рабочего класса в деревне, — является одной из существеннейших очередных задач нашей партии.

Печатается впервые

Товарищи! Только что закончившийся пленум Центрального Комитета вел свою работу по линии двух групп вопросов.

Первую группу вопросов составляют вопросы, имеющие отношение к основным проблемам Коммунистического Интернационала в связи с ожидаемым VI конгрессом.

Вторую группу — вопросы, имеющие отношение к делу нашего строительства в СССР по линии сельскохозяйственной, — хлебная проблема и хлебозаготовки, — и по линии обеспечения нашей промышленности технической интеллигенцией, кадрами интеллигенции из людей рабочего класса.

Начнем с первой группы вопросов.

1. Основные проблемы VI конгресса Коминтерна

Какие основные проблемы стоят в данный момент перед VI конгрессом Коминтерна?

Если иметь в виду пройденный этап между конгрессом пятым и конгрессом шестым, то, прежде всего, нужно остановиться на тех противоречиях, которые назрели за это время в лагере империалистов.

Что это за противоречия?

Тогда, к пятому конгрессу, у нас мало еще говорили об англо-американском противоречии как основном. Тогда принято было говорить даже об англо-американском союзе. Но вата тем охотнее говорили о противоречиях между Англией и Францией, между Америкой и Японией, между победителями и побежденными. Разница между тем периодом и нынешним периодом состоит в том, что из ряда противоречий, имеющихся в лагере капиталистов, основным противоречием стало противоречие между капитализмом американским и капитализмом английским. Возьмете ли вопрос о нефти, имеющей решающее значение как для строительства капиталистического хозяйства, так и для войны; возьмете ли вопрос о рынках для сбыта товаров, имеющих серьезнейшее значение для жизни и развития мирового капитализма, ибо нельзя производить товаров, не имея обеспеченного сбыта этих товаров; возьмете ли вопрос о рынках для вывоза капитала, представляющего характернейшую черту империалистического этапа; возьмете ли, наконец, вопрос о путях, ведущих к рынкам сбыта или к рынкам сырья, — все эти основные вопросы толкают к одной основной проблеме, к проблеме борьбы за мировую гегемонию между Англией и Америкой. Куда бы ни сунулась Америка, эта страна гигантски растущего капитализма, в Китай ли, в колонии ли, в Южную ли Америку, в Африку ли, — везде она натыкается на громадные препятствия в виде заранее укрепленных позиций Англии.

Этим, конечно, не отменяются остальные противоречия в лагере капитализма: между Америкой и Японией, Англией и Францией, Францией и Италией, Германией и Францией и т. д. Но это значит, что эта противоречия упираются тем или иным боком в основное противоречие между капиталистической Англией, звезда которой закатывается, и капиталистической Америкой, звезда которой находится в состоянии восхождения.

Чем чревато это основное противоречие? Оно, вероятно, чревато войной. Когда два гиганта друг с другом сталкиваются, когда им тесно на земном шаре, они стараются намеряться силами для того, чтобы разрешить спорный вопрос о мировой гегемонии путем войны.

Это первое, что нужно иметь в виду.

Второе противоречие — это противоречие между империализмом и колониями. Мы имели это противоречие и к V конгрессу. Но оно только теперь приняло острый характер. Тогда у нас не было такого мощного развития китайского революционного движения, такой мощной встряски миллионных масс китайских рабочих и крестьян, которая имелась год назад и которая имеет место теперь. Но это не все. У нас не было также в тот момент, к V конгрессу Коминтерна, того мощного оживления рабочего движения и национальной освободительной борьбы в Индии, какое имеем теперь. Эти два основных факта ставят вопрос о колониях и полуколониях ребром.

Чем чревато нарастание этого противоречия? Оно чревато освободительными национальными войнами в колониях и интервенцией со стороны империализма.

Это обстоятельство также надо иметь в виду.

Наконец, третье противоречие, противоречие между капиталистическим миром и СССР, противоречие, которое не ослабевает, а усиливается. Если к V конгрессу Коминтерна можно было говорить, что установилось некоторое, правда, неустойчивое, но более или менее длительное равновесие между двумя мирами, между двумя антиподами, между миром Советов и миром капитализма, то теперь мы имеем все основания утверждать, что сроки этого равновесия приходят к концу.

Нечего и говорить, что нарастание этого противоречия не может не быть чревато опасностью военной интервенции.

Надо полагать, что VI конгресс учтет и это обстоятельство.

Таким образом, все эти противоречия неминуемо ведут к одной основной опасности, — к опасности новых империалистических войн и интервенций.

Поэтому опасность новых империалистических войн и интервенций является основным вопросом современности.

Самой распространенной формой убаюкивания рабочего класса и отвлечения его от борьбы с опасностью войны является нынешний буржуазный пацифизм с его Лигой наций, проповедью “мира”, “запрещением” войны, болтовней о “разоружении” и т. д.