— Выходит, что так, — мрачно отозвался ловчий. — Только с чего бы ему нам помогать?

Ещё не дойдя до своего костра, они услышали тихую мелодию гора.

— Наш старец, похоже, не сидит без дела, — нахмурился Криш.

Они подошли поближе. Возле слепого собралось несколько человек с детьми. Слепой пел о драконах. О добрых драконах.

— Как бы нам не пришлось уносить ноги по милости нашего волшебника, — пробормотал ловчий.

Но, слушая сказки, люди… улыбались, подшучивая над слепым нищим и его небылицами.

«Как они могли шутить над этим? Неужели никто не видел сожжённых деревень и гибнущих в огне людей? А может, на южные пределы беда не обрушилась с той беспощадной жестокостью, которая стала гибелью для севера?» — С минуты на минуту Криш ждал, что речь старика прервёт чей-то гневный окрик, и метко пущенный камень разобьёт слепому голову. Но время шло, а всё оставалось по-прежнему.

Старик допел свою песню и опустил гор. Вместо камней на землю перед ним полетели медные монетки.

— Вот уж потешил, отец, так потешил, — раздался чей-то густой бас.

— Мама, скажи, а где живут добрые драконы? — настойчиво спрашивал детский голосок. — У нас они живут?

— Сказки это, сынок, сказки, чтобы ты хорошо спал ночью.

— И мне приснится дракон?

— Упаси нас от этого Небеса! — женщина поспешно увела ребенка.

Люди расходились, и неровный свет костра освещал их спокойные добродушные лица. Криш с облегчением вздохнул.

— Это вы, ребятки? — слепой поднял лицо.

— Мы, дедушка. — Эши вложила в руки старика кусок пирога.

— Ты зря пел эту песню, отец, — Криш опустился на землю рядом с нищим.

Тот хитро улыбнулся и разжал ладонь, на которой поблёскивали монетки.

— Вот и ответ. Никто не скажет, что слепой Ариф даром ест свой хлеб. Возьми эти деньги, сынок.

Криш с досадой поморщился.

— Да разве я об этом? Деньги пригодятся тебе самому! Он подобрал с земли оставшиеся монеты и спрятал их в сумку нищего.

— Ты был очень неосторожен, дедушка! Хорошо ещё, что эти люди поняли твои сказки как шутку! Тебя могли побить, отец.

— Каждый услышал то, что он хотел услышать, — ответил слепой. — Впрочем, я вовсе не шутил. Драконы похожи на людей. Есть люди, несущие гибель и разрушение, и есть драконы, несущие мир и добро.

— Ты опять за своё, отец! Что-то я не встречал таких драконов!

— И всё же они есть.

— Раз так, почему эти хорошие драконы не помогут нам справиться с плохими?

— А почему они должны помогать нам? — пожал плечами старик.

— Ага, это мы уже слышали, — хмыкнул Криш. — Равновесие! Вот только что это за Равновесие такое — никто не знает.

— Кое-кто знает, — заметил нищий и с аппетитом принялся за еду.

…Эши показалось, что она едва закрыла глаза, когда Криш разбудил её.

Над пустыней вставало солнце, и ослепительный оранжевый диск уже отвоевал у ночи белые зубчатые стены. Люди просыпались, гасили ночные костры, запрягали лошадей и волов в ожидании того момента, когда откроются ворота.

Эши узнала вчерашнюю женщину, щедро поделившуюся с ними яблоками, и подошла к ней поближе.

— Здравствуй, голубка, — кивнула крестьянка и озабоченно склонилась к ребёнку. — Похоже, внучек захворал. Всю ночь промаялся, не спали совсем. Скорей бы уж ворота открывали. Говорят, в Шаспаге лучшие на всём Парксе лекари: надо же господам рыцарям после боёв раны залечивать, — простодушно добавила она.

Эши взглянула на ребёнка. Он слабо цеплялся за юбку женщины и прятал личико от всходившего солнца. Эши присела на корточки и погладила курчавую головку.

— Да он горит весь!

— Ах, твоя правда! — Крестьянка подхватила малыша на руки и прижала к себе.

Ребёнок тяжело вздохнул и обнял женщину за шею.

— Ну, что вы там, ироды, заснули что ли, — в сердцах крикнула та в сторону ворот. — Коли уж проверять затеяли, так проверяйте!

— А как они проверяют? Крестьянка махнула рукой.

— Ткнут каждой пальцем в лоб, вот и вся проверка. Я уж не первый раз прохожу, насмотрелась на их фокусы!

В этот момент ворота наконец распахнулись, и из них вышли четверо стражников. За ними неторопливо шагал высокий человек в чёрно-лиловом балахоне до пят. Глубоко надвинутый капюшон скрывал его лицо.

— Вот он у них главный, — встрепенулась крестьянка. Словно в подтверждение её слов раздалась команда:

— Женщинам подходить по одной к воротам. Не спешить, не толпиться. Мужчины — после того, как закончится проверка.