Криг моментально выпроводил их очень простым способом — вынес брыкающихся красавиц в коридор под мышками рук и закрыл дверь на задвижку. Девчонки, однако, не сдались, они начали стучать в дверь и взывать к здравомыслию гостя, дескать "уборка не закончена, гостей не ждали, постель надо сменить, что-то там осмотреть…". В ответ громила заявил, что он ночью сильно храпит.

Болту пришлось труднее. Две девицы, качая бёдрами и едва прикрытыми грудями, шастали по номеру туда-сюда, то и дело «случайно» натыкаясь на путника, одна даже упала ему на колени и почему-то долго не могла встать, другая попросила гостя приподнять её, дабы протереть верхние кромки окна. В ответ Болт заявил, что он инвалид отечественной войны 1912 года, проклятые французы отрезали ему обе ноги и даже зацепили при этом мерзком деянии ещё один орган, потому у него везде протезы, на что красавицы отреагировали желанием полечить храброго воина путём массажа всех пострадавших органов. В общем, попал путник очень серьёзно. Конечно, не будь такой девушки как Элана, трудностей оказалось бы гораздо меньше, но, что есть — то есть. Положение спас Брага, забрёдший по какому-то пустяковому поводу. Видя затруднения товарища, он увёл обеих настойчивых дам к себе, сказав, что две уже у него есть, но его и на четверых хватит, только пусть эти четверо не обижаются на его слишком большую активность. Девицы упорхнули, осуждающе зыркнув на Болта, похоже они обиделись, что им не дали завершить уборку.

Горничные, пришедшие в номер к Дрону, вышли только утром, наверно комната была слишком грязной и уборка растянулась до следующего дня.

На следующий день отряд на только что купленных лошадях отправился в сторону Дикого леса. Обычно команда Болта двигалась сбитой кучкой, но сейчас почему-то разделилась на группки. Рядом с командиром ехал Криг, Брага с Дроном двигались в сторонке, обсуждая что-то, скорее всего требовательность горничных к чистоте номеров, колдуны что-то там тоже обсуждали, по блестящим глазам было заметно — явно не вопросы магических наук.

— Эх, Криг, Криг. Ты только взгляни на этих развращённых типов. Бедные горничные не могли даже представить, в руки каких маньяков они попали. То ли дело мы с тобой, блюдём… ой как-то это слово похоже на другое… ну — храним добродетель и сдержанность, подаём пример жителям Пролга, поддерживая устои нравственности и благочестия. Ну, как тебе моя речь? Это я готовлюсь стать попом, чтобы толкать проповеди заблудшим этим… как их…

— Маньякам, — ехидно подсказал Брага.

— Да… выдохнул Болт. — Эх, друг, — он снова повернулся к громиле, — но как иногда хочется поманьячить.

— Мне не хочется — категорически заявил Криг.

— Брут он и есть Брут, — пробурчал командир в сторону, вспомнив, как неодобрительно отнёсся громила к этому слову ещё раньше.

— Командир, нас кто-то нагоняет, — вмешался Дрон.

Сзади стелилось пыльное облако, на фоне которого виднелось несколько быстро скачущих всадников.

— Пусть себе. Останавливаться не будем, они и так скоро нас догонят. Поглядывай только, чтобы арбалетами не баловались, мало ли…

Но догонявшие отряд всадники оказались всего лишь мирными путешественниками, они прослышали про команду путников, отбывшую из города в сторону самутрейской границы, и спешили присоединиться к ней для вящей безопасности передвижения. Болта попутчики не слишком обрадовали, но и гнать их он не стал. Старшего, однако, подробно расспросил, куда тот ведёт своих людей.

— Мы купцы, путник, едем к приграничным заставам договориться о поставках продовольствия для усиленных гарнизонов. Поскольку путь наш пролегает вдоль границ Дикого леса, безопаснее иметь хорошее прикрытие. Мы хорошо заплатим.

— Учти, приятель, мы доведём вас только до Дикого леса, дальше наши пути разойдутся. Потому денег я с вас брать не стану.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что держишь путь к окрестностям Дикого леса? — удивился старшина купцов.

— Хочу. Только не к окрестностям, а прямо в сам лес. Надо утрясти пару-тройку мелких вопросов, птичек послушать, полежать на травке. Лес-то дикий, значит, шастать туда-сюда никто не будет, отдохнём от людей чуток.

Пару минут старшина молчал, в первый момент он было подумал, что слышит бред умалишённого, но потом решил, что у путника странный юмор.

— Плохое место для отдыха ты выбрал, путник. Люди там, конечно, не шастают, зато полно нелюдей и тварей. Они частенько и в окрестностях леса пошаливают, почему мы и просим вашей помощи.

— Мне нравятся эти рассказы. Твари… Нелюди. Это же интересно — ознакомиться с фауной экзотического места, расширить свой кругозор так сказать. Романтика, знаешь ли.

— Не ходи туда, путник. Шутки здесь неуместны. Рассказывали, что полгода назад над Диким лесом долго кружил дракон, он, вроде, никого не тронул, но уронил из когтей что-то большое в самую чащу. Раньше драконов в этих местах никогда не видели.

— Жаль, жаль. Плохо, что это было давно. Интересно было бы взглянуть на эту зверушку. Но ты имей в виду, купец, рядом с Диким лесом можешь отваливать, если нет желания ознакомиться с тамошним зверинцем. У нас вот, есть такое желание.

Купец пробормотал что-то насчёт того, что мир катится в пропасть, если на свете живут подобные идиоты, однако Болт на такие вещи давно научился не реагировать.

Вскоре попутчики свернули левее, предпочитая обойти окрестности недоброго места стороной, Болт же повёл команду прямиком в сторону Дикого леса. Странно, но туда вела настоящая, хорошо натоптанная дорога.

— Болт, интересно бы знать, кто топчет эту тропку и зачем? — глянул в его сторону Брага.

— Сам бы рад быть в курсе. Плохо — следов никаких не видать, просто твёрдая почва.

Вскоре оказалось, что эту дорогу пресекают множество других, идущих в самых разных направлениях.

— Путник, — отозвался Бритон, — на дороге есть слабая магия, на обочинах её нет. Точно так же на тех дорогах, что пересекают нашу. Магия злая и опасная. Может, стоит двигаться по обочине, ведь там лошадям идти будет ничуть не труднее.