Хотя уже наступило утро, степь выглядела хмурой и неприветливой. Вздохнув, я наконец сделал то, что так долго оттягивал, – накинул на скакуна известное мне плетение. Дикое ржание и внезапно ускорившийся бег показали мне, что магическая структура начала свою жестокую работу. Теперь я смогу достичь Марахи где-то за сутки, сэкономив при этом кучу времени, но уничтожив прекрасное животное, которое сейчас под моим седлом испытывало невыносимые муки. Да, это было именно то плетение, о котором я вскользь упоминал. Именно поэтому я поменял свою флегматичную кобылку на этого скакуна, испытывая к ней некую симпатию и не желая причинять страдания за ее безукоризненную службу. А к этому жеребцу я никаких чувств не испытывал, хотя и жалел этот великолепный экземпляр четвероногого. Но, как известно, цель оправдывает средства, хотя и не все это понимают.

Спустя часа два быстрой скачки я внезапно поймал себя на мысли, что начинаю задремывать. Это было довольно неприятно, так как остановиться я не мог, ведь после снятия плетения жеребца под седлом ожидала бы мучительная смерть, а другого поблизости я вряд ли смогу быстро найти. Поэтому я начал отгонять сонливость размышлениями над усовершенствованием плетения, которое мне досталось в наследство от преждевременно почившего экспериментатора. Я понял, что в него нужно встроить несколько очень необходимых элементов, еще тогда, когда переживал первые впечатления от вживления сафруса в тело. Именно в этот момент мне пришла в голову мысль добавить к этой магической маскировке еще и визуальную.

Да, это было вполне естественно и логично. Странно, что сам маг не подумал об этом. Его творение скрывало ауру и передавало в энергетическом спектре образ обычного воздуха, так почему бы не изменить его, чтобы вместо воздуха появился образ ауры обычного среднестатистического человека? Но, кроме этого, я задумал подвесить дополнительный слой к плетению, который бы накладывал еще и визуальную личину. Плетения такого рода мне были прекрасно знакомы, правда, до этого я никогда их не применял в таком качестве.

Помню, мы частенько с учителем подшучивали друг над другом, используя иллюзии, расположенные в самых неожиданных местах. Особенно удачной оказалась моя шутка с иллюзией большой фляги, в которой эльфы обычно хранили ягодную настойку, с изрядным постоянством появлявшаяся на столе учителя. Каково же было его удивление, когда после привычного развеивания настойка осталась на месте. Я едва смог сдержать смех, глядя из засады на ошарашенное лицо наставника, который еще несколько раз пытался развеять настоящую флягу. Кончилось дело тем, что он помянул меня нехорошим словцом и достал из шкафа бокал...

Так вот, именно это плетение, естественно в подогнанном и усовершенствованном виде, я и собирался запихнуть в новый слой маскировки. Промучившись часок и заранее просчитав все в уме, я начал формирование плетения Парсола, одновременно встраивая в него новые элементы, которые, однако, тут же разрушались и поглощались основой. Хлопнув себя по лбу, я вычленил блок, отвечавший за самовоспроизведение, и немного покопался в нем, добиваясь того, чтобы новые элементы не воспринимались им как чужеродные образования. Ну а после этого дело пошло на лад, и через несколько минут готовое плетение обвило мое тело и уютно устроилось на мне.

Эх, сейчас бы зеркало, поглядеть на получившийся результат, так ведь нет его. Единственное, чем я мог воспользоваться, – это полированная поверхность своих клинков. Взглянув на кривое отражение, я пришел к выводу, что моя затея целиком и полностью себя оправдала. По степи скакал не я. В данный момент по ней с большой скоростью на коне, роняющем изо рта клочья пены, передвигался ее коренной житель, степняк до последней детали одежды, которую я воспроизвел со всей тщательностью. А что? Мне же проколы не нужны, а память Макра по первому требованию была готова предоставить десяток подходящих образов реально существующих жителей племени Болотных.

С такой маскировкой я смогу спокойно передвигаться по Марахе, не беспокоясь, что меня там кто-нибудь узнает или в чем-нибудь заподозрит. А благодаря гениальности изобретения Парсола для любого мага я не буду представлять никакого интереса. Дело в том, что данное плетение скрывало не только ауру носителя, но и все амулеты, какие имелись на нем, что для меня было просто замечательно.

Полюбовавшись на бородатого себя в отражении, я спрятал клинок, но не спешил развеивать плетение. По пути мне попадутся стойбища, а также конные разъезды кочевников, которые не должны увидеть во мне чужака, иначе будут трупы, а я хотел себе обеспечить хотя бы день спокойной разведки.

Зевнув, я понял, что нужно срочно опять что-нибудь придумывать, чтобы не заснуть, иначе будет большой сюрприз. Или я на скорости на землю шмякнусь, с риском вдобавок получить копытами по кумполу, или жеребец угодит ногой в какую-нибудь нору. В таком состоянии сам он выбирать дорогу не мог, поэтому мне приходилось тщательно отслеживать все попадающиеся на пути препятствия. Подумав, что содержательная беседа может помочь, я достал разговорный амулет и сжал его в кулаке.

На этот раз ответа Фариама пришлось ждать долго, но наконец его сонный голос произнес: