И вот наступило воскресенье. То воскресенье, когда Мэрит должны были хоронить. Во главе школьной колонны шёл Юнас Петтер со шведским флагом. Стояла жара. На холме у церкви в знойном мареве курились березы. Весенние первоцветы и ландыши, зажатые в детских руках, повесили головки. Священник вытер пот со лба белым носовым платком и сказал слова утешения всем, кто оплакивал Мэрит. А её и в самом деле оплакивали. Мать с отцом, младшие братья и сестры, одетые в чёрное, учительница — все-все! Тут же, чуть поодаль от других, толпились её одноклассники. «Цветут прекрасные долы, сулят они сердцу покой», — пропели дети чистыми, ясными голосами. Им было так грустно, что Мэрит умерла.

А потом, когда всё закончилось, они гурьбой отправились к сложенным в штабеля дровам, чтобы взглянуть на птичье гнездо, которое Юнас Петтер там обнаружил. О, это было такое славное гнёздышко, и в нем лежало пять маленьких голубых яичек. Светловолосые головки детей вплотную придвинулись друг к другу — всем хотелось получше рассмотреть это прелестное гнёздышко.

И больше никто из них уже не думал о Мэрит.