Шрифт:
– Игорь!
– Это было легче легкого. Я имею в виду твоего женатого любовника. Сколько ему? Тридцать? Сорок?
– Тридцать пять. Игорь, он любит меня по-настоящему.
– Ну, понятно. Тут уж ничего не изменишь. И лучше, если все это будет на моих глазах. Когда он тебя бросит…
– Игорь!
– Когда он тебя бросит, я буду рядом. Хотя бы морду ему набью.
…Она достает из коробки стеклянный домик. С белой «заснеженной» крышей, с блестящими окошками. А если все будет не так? Бывают же исключения! Володя бросит свою старуху-жену, они поженятся, у них будут дети. И маленький домик, два окошка, островерхая крыша… Много ли надо для счастья? Любовь и крыша над головой. С милым и в шалаше рай.
…Мне нужен маленький домикЧтобы укрыться от горя.Мне нужен маленький домик,Укрыться от суеты.Мне нужен маленький домикРядом с кусочком моря.Мне нужен маленький домик,А в этом домике – ты…Только не плакать. Хватит уже…
Надя – ее лучшая подруга. И – единственная. Другой нет. На фирме отношения с коллегами не складываются, Маша знает, что за глаза ее называют «секретуткой» и «директорской подстилкой». Завидуют особому отношению и зарплате, которую она получает. И распускают сплетни. О том, какие подарки ей дарит любовник, на какие курорты возит, в какие рестораны водит.
Нарядив елку, они с Надей пьют на кухне чай и шушукаются.
– Ты знаешь, – доверительно говорит ей Маша, – у меня такое чувство, что со звоном курантов все мои несчастья закончатся. Прав был Игорь. И наступит в моей жизни белая полоса. Просто надо заплатить за свое счастье, настрадаться вдоволь. Ну не может же все быть так плохо!
– А какого счастья ты хочешь? – осторожно спрашивает Надя.
– Ну, конечно, я хочу, чтобы мы с Володей поженились!
– А то, что у него двое детей, тебя не смущает?
– Но я же не виновата, что полюбила женатого мужчину! И что он меня полюбил!
– А что делать мне? – шутливо спросила Надя. – У меня-то белая полоса! Ждать черную?
– Что ты, что ты! Ты такая хорошая, что… В будущем году у вас с Игорем будет свадьба. Цыганка мне сказала: свадьбу вижу, церковь вижу. – Про гроб Маша благоразумно умолчала. – Похоже, это была твоя свадьба.
– Мы с Игорем не собирались венчаться.
– Ну и что? То было вчера, а то – завтра! А вдруг – надумаете? – Она рассмеялась: – Надумаете, надумаете! Наденька, я так за вас рада! Так рада, что даже о своих бедах забываю!
– Да какие у тебя беды? Тебе только девятнадцать, девочка совсем. Встретишь ты еще свое счастье.
– Да я уже встретила! Вот увидишь, все будет хорошо…
… В новогоднюю ночь он позвонил без пятнадцати час.
– Не спишь, Чижик?
– Нет. – «Разве я могу уснуть, не дождавшись твоего звонка?»
– С Новым годом!
– С Новым годом.
– Желаю тебе… – И сбивчиво, торопливо: – Желаю тебе счастья в новом году, а главное, исполнения всех твоих желаний… – «Наших желаний». – Я, как только вырвусь – сразу к тебе. Я тебе позвоню.
– Спасибо.
В трубке уже молчание. С Новым годом, Маша Ложкина! С новым счастьем!
Это были самые долгие новогодние каникулы в ее жизни. Владимир Васильевич с женой и детьми укатил на две недели во Францию, кататься на горных лыжах. Появился только пятнадцатого января, похудевший, подзагоревший, хорошо отдохнувший и, похоже, счастливый. А она…
Она все эти дни лежала на диване перед телевизором, от скуки много ела, набрала лишние килограммы, распустилась, обленилась. Изредка он звонил, узнавал, как дела. Разговор был коротким и деловым, никаких нежностей. Каждый раз после этого Маша подолгу плакала в подушку.
…Мне нужен маленький домикС крышей или без крыши.Мне нужен маленький домикС окнами или без.Мне нужен маленький домик,Чтобы никто не слышал.Мне нужен маленький домик,Чтобы никто не лез…И каждый день, засыпая, Маша говорила себе: «Так нельзя. Надо взять себя в руки. Надо жить дальше. Надо что-то делать…»
Но делать ничего не хотелось. Десятого она с огромной радостью вышла на работу. Но четыре дня до возвращения Володи превратились для нее в кошмар. Все словно сговорились. Маша только и слышала о том, какими замечательными были рождественские каникулы, и побольше бы выходных, о походах в гости, шашлыках у кого-нибудь на даче, катании на горных лыжах, на коньках. Казалось, всем было хорошо, кроме нее! А главный бухгалтер Изольда Борисовна, едва она вошла, нарочито громко заговорила:
– Мне звонила Люда… Да, да, из Франции. Говорит, они с мужем так счастливы! Ну, прямо, вновь медовый месяц! И, представьте себе, каждый день занимаются сексом! – И с торжеством: – Люда говорит, как бы опять не забеременеть!
– А что? Младшей уже девять, можно и третьего, – рассудительно заметила ее помощница Лена. – Людмила Павловна еще не старая.
– Мы с ней ровесницы, – подтвердила главный бухгалтер. – Ей, как и мне, тридцать четыре. Можно и еще детей. – И с торжеством посмотрела на «секретутку».