Шрифт:
Триста восемьдесят рублей за песню. А этих песен у них семь. Счастливое число. Но цена совсем не счастливая. Триста восемьдесят умножить на семь – это ж… Леха начал считать. Но Костик его опередил.
– Две тысячи шестьсот шестьдесят рублей…
Мальчик-отличник. Вундеркинд. Все он знает… Нет, не все!
– И где ж нам взять такие бабки? – спросил Леха.
– Не знаю, – пожал плечами Костик. – Надо думать…
Ну вот, оказывается, не все так просто…
Песни у Костика бодрые, на мажорный лад. В самый раз под них ногами дрыгать на танцах. Дискотечный вариант. Но сегодня они обрели вдруг траурную окраску. Все играли так, будто похоронный марш исполняли. И у каждого в голове билась одна мысль. «Две тысячи шестьсот шестьдесят… Две тысячи шестьсот шестьдесят…»
С этой мыслью Леха возвращался домой. Поздно вечером. Ему бы сейчас на танцы идти. Но не хотелось. И девчонки сегодня не будоражили воображение. Другое давило на клапан в голове. Где взять такие сумасшедшие бабки?
– Лешенька, постой, – услышал он вдруг.
Он подходил к своей пятиэтажке, по обочине шел. И позади него остановилась машина. Новенькая белая «восьмерка». Последний писк автомобильной моды.
Из машины вышла какая-то девчонка…
Почему какая-то?.. Это ж Танюха из параллельного класса. Большая скромница и честная давалка. У нее еще родимое пятно на левой ягодице. Леха хорошо это запомнил. Два месяца назад дело было. На выпускном вечере. Он ее в раздевалку затащил. Она не сопротивлялась. Он ее «раком» пробовал, а она так лихо задом ему подмахивала. Очень аппетитное блюдо, надо сказать… Кстати, в тот вечер это блюдо и Макар имел честь отведать.
С виду Танюха пай-девочка. Да и вообще тихоня. Одна беда – никому отказывать не может. Не может, и все… Точно, честная давалка…
Леха остановился. Прошелся по Танюхе оценивающим взглядом. А девка она ничего. Фигуристая. Новенькие джинсы так плотно ножки обтягивают. И грудки под маечкой зазывно колыхаются. Только вот рыльцем, жаль, не вышла. Но если сзади пристраиваться или полотенцем мордашку закрывать – то нормально будет.
– Чего тебе? – спросил он.
– Лешенька, у меня сегодня день рождения, – кокетливо улыбнулась она.
На лице толстый слой косметики. Леха аж испугался, как бы от улыбки «штукатурка» не полетела.
– Рад за тебя…
– Я хотела бы тебя пригласить. У нас хорошая компания собирается. Ты многих знаешь…
– Поздно уже. С подарком не успею.
– Не нужен мне подарок.
– Не-а, без подарка я не могу…
Не хотелось Лехе идти к ней. И компания ему никакая сегодня не нужна. Послать бы эту дурочку на три веселых буквы.
– Не нужен мне подарок, – стояла на своем Танюха. – Мне ты нужен…
Ну вот, сейчас еще вспомнит тот вечер.
– Помнишь, как нам было хорошо?
Точно, вспомнила.
– Ага, и мне, и Макару…
– Какому Макару? – будто бы не поняла она.
– А другу моему. Которому после меня с тобой хорошо было…
– Не было никакого Макара, – покраснела Танюха.
– Ну да, ты еще скажи, что любишь меня. И потому ни с кем никогда…
– Да, я тебя люблю, – выпалила Танюха.
Может, и любит. Ничего в этом удивительного. Леха ведь не урод. Да и бабы народ влюбчивый. Только что-то нечисто в этом признании. Какой-то подвох. Темнит Танюха, темнит…
На машине к нему подъехала. Смотрите, мол, какие мы!.. Может, она женить его на себе вздумала?
– А я другую люблю, – скривил губы Леха.
– Кого?
Леха глянул прямо перед собой. И увидел красивую девочку. Девочку в самом прямом смысле этого слова. Вика, соседка, всего двенадцать лет ей. В пышном розовом платье, с огромными белыми бантами, в гольфах по колено. Не девчонка, а загляденье. Длинная русая коса, огромные глазищи – голубое небо в них. Леха называл ее Мальвина.
– Я вот ее люблю, – показал он на Вику. – Знакомься, моя невеста…
– Она же маленькая! – Танюха сделала деревянное лицо.
Зато Вика почему-то расцвела. Зарделась.
– Ничего, вырастет. Лет через пять можно и замуж. За меня… Правда, Вика?
– Правда! – радостно кивнула она.
– Ты же моя невеста?
– Да!..
Леха перевел взгляд с Вики на Танюху.
– Поняла?
– Дурак! – вспылила та.
Повернулась к нему спиной. И направилась к машине. Села на пассажирское сиденье. А из-за руля вылез парень лет двадцати. Ничего не сказал. Но как-то нехорошо посмотрел на Леху. Только он в упор не видел его.
– А ты правда за меня замуж выйдешь? – в шутку спросил Леха.
– Правда, – совершенно серьезно кивнула Вика.
– Вот и договорились!
Он широко улыбнулся, взял ее за руку. Так же в шутку скрепил их союз легким рукопожатием.
– Ты гуляешь?
– Да. – А я домой. Пока…
Но Вика не собиралась так просто отвязываться от него.
– А я с вами. Можно?
– Куда, ко мне домой?
– Нет, к себе. Нам же по пути…
– По пути…
Они вместе зашли в подъезд, поднялись на третий этаж.