— Конечно, порезал — легко согласился Артур. — Ты ведь в обращении с ножом уже не новичок. Но все прошедшие порезы были скользящими. Выйти безоружным против ножа и остаться чистеньким — это маловероятно. В данном случае я пожертвовал руками, чтобы спасти свою жизнь. В горячке боя ты и не заметишь этих мелких ран. Главное, чтобы пропущенные порезы были скользящими, а не акцентированными. Скользящий порез не причинит тебе особого вреда, а вот акцентированный, с протяжкой, поражающий крупные кровеносные сосуды, очень опасен. Можно запросто истечь кровью.

— Артур, а ты нас будешь учить кидать нож? — поинтересовался Егор, которому, наконец, немного полегчало.

— А зачем? — удивленно поинтересовался тот.

— Ну как зачем, чтобы с безопасного расстояния кинуть нож и попасть противнику, например, в горло, как в фильмах про десантников, когда они снимают часовых.

— Ты меньше смотри всякие глупые фильмы, — хмыкнул Артур. — Выкидывать свое оружие, чтобы потом остаться с голыми руками — это совершенно глупо. Ты еще попробуй в бою не стрелять из автомата, а метнуть его во врага как копье и красиво проткнуть его насквозь примкнутым штык-ножом. Для того, чтобы бесшумно снять часового, есть снайпер с винтовкой, оборудованной оптикой и глушителем.

Во время утренних вылазок в горы Артур частенько давал ученикам команду остановиться в каком-либо в глухом распадке, густо поросшем деревьями. Там он ставил им задачи по ситуационному тренингу, моделируя различные конфликтные ситуации уличных наездов. К примеру, он очень натурально начинал орать матом и трясти кого-либо из парней за грудки так, что у них от страха душа уходила в пятки. Задача учеников в этом случае состояла в том, чтобы, не реагируя на крик и угрозы, быстро выполнить один из знакомых приемов освобождения из захвата. Эти освобождения представляли собой довольно жесткую имитацию атаки в пах, в глаза или в горло с последующим выходом на залом, ломающий противнику руку или шею.

— Все, что вам грузят на уши при любом наезде — просто лишняя информация, которую нужно пропускать мимо ушей, реагируя не на слова, а только на действия вашего оппонента, — втолковывал парням Артур. — Цель опытного разводилы состоит в том, чтобы перегрузить ваш мозг, заставив его заниматься анализом той лапши, которую он вешает вам на уши. Если вы поддадитесь на эту уловку и начнете вникать в то, чем вас грузят, вы забьете свои каналы восприятия и не сможете адекватно отреагировать на внезапно возникшую опасность.

— Ну и что же делать, если братва на улице начинает разводить по понятиям? — заинтересованно спросил Миша.

— Бить в рожу, естественно, но есть некоторые нюансы. Оцени реальную опасность, быстро прикинув варианты. Еще раз повторяюсь, не вникай в то, что тебе говорят, а постоянно отслеживай все, происходящее вокруг тебя. Если есть возможность уйти, избежав конфликта — лучше уйди. Если нет — сражайся. Оцени место и время событий. Одно дело, если наезд происходит днем в людном месте, при знакомых, и совсем другое, когда события разворачиваются в два часа ночи в темном переулке, а вокруг ни души. В первом случае ты ограничен в использовании средств поражения противника, потому что, в случае чего, для нашей доблестной милиции именно ты окажешься агрессором. А во втором случае ты можешь использовать весь свой арсенал поражающих средств.

— А если противников много, они вооружены, убежать некуда, а у тебя только голые руки? — до предела усложнил ситуацию Егор.

— Тогда просто придется красиво умереть, — со смехом ответил ему Артур. — Хотя есть один вариант. Внезапность — это один из самых главных козырей в уличной драке. Именно внезапная атака, при условии обладания поставленным, быстрым и точным ударом, может мгновенно решить любой конфликт в вашу пользу. Если вы не сумели атаковать внезапно и довели ситуацию до банального обмена ударами — вы совершили большую глупость, потому что в таком взаимном махалове еще неизвестно, на чей хрен муха сядет. Драка — это вам не олимпийские игры, в уличном конфликте сначала нужно обмануть и расслабить противника, а потом — неожиданно ударить его наверняка. Поэтому, друзья мои, в такой ситуации играйте, плачьте горючими слезами и просите хулиганов отпустить вас домой к старенькой маме. Играйте и импровизируйте, но прошу вас — будьте убедительны в своей игре, потому что, в отличие от плохих актеров в театре, в реальной жизни вас не будут закидывать гнилыми помидорами, если вы ошибетесь — вас просто убьют.

Два месяца сборов в Цее пролетели как один день. В конце сентября Егор, окрепший и сильно прибавивший в технике рукопашного боя, вернулся домой. У него скоро начинались занятия в институте. Пятый курс — впереди госэкзамены и защита диплома, а там уже наступит взрослая жизнь, немного страшная своей неизвестностью. Обстановка в стране менялась пугающе быстро. Набиравшая обороты перестройка, породившая вначале надежды людей на улучшение своего благосостояния, привела к массовому обнищанию абсолютного большинства людей, закрытию предприятий и исчезновению с полок магазинов даже тех скудных запасов товаров, которые лежали на них в советское время.

Егора пока не коснулась эта сторона жизни. Его отец неплохо зарабатывал на заводе и кроме этого занимался мелким бизнесом, привлекая сына к участию в своих делах. Он даже выплачивал ему такую зарплату, которую не получали многие рабочие на заводах, так что с деньгами у Егора было все нормально. Но по городу уже ходили глухие слухи о рэкете и о дани, которую выплачивали первые кооператоры крепким молодчикам с бритыми затылками и золотыми цепями на шеях, и ему очень не хотелось, чтобы однажды такие ребята пришли к ним домой.