– Почему не во всем?

– Скоро сходняк у нас, все князья соберутся. На понятия вас, беспредельщиков, ставить будем...

И все же не так плохи ее дела, если Сова изволит делиться с ней тайной вестью. О воровской сходке кому попало не треплются...

– Меня, конечно, слушать не захотят...

– Само собой. Тебя просто туда не пустят... Странно вообще это, девушка – и держишь в страхе весь город...

– Ну, тебя, Сова, я не испугаю... – краешком губ усмехнулась она.

– Не испугаешь... Как жить-то дальше думаешь?

– А жить дадут? – осторожно спросила она.

– Не знаю, – честно признался он. – Ты воровскую масть в городе своем стерла. А это не прощают...

– А если ты замолвишь за меня словечко?

Он вскинул на нее удивленный взгляд.

– С какой это стати?

– Да, мы молодняк. Так вы, блатные, нас называете. Да, по вашим понятиям, беспредел творим. Но мы ведь тоже люди, мы тоже под солнцем место иметь хотим. Да и вы не святые...

– Допустим, – его взгляд теплел. Она сумела внушить ему симпатию к себе.

– Как и почему я поставила под себя команду, как подняла ее, об этом тереть я с тобой не буду. Не на исповеди... Короче, я уважаю вас, воров, и ваши законы. Но и вы тоже уважайте нас.

– Не за что...

– Вот именно, не за что. Пока не за что... А если будет за что? Вот ты, Сова, возьми нас под свою опеку. Уму-разуму научи. И мы в долгу перед тобой не останемся. И в «общак» воровской отстегивать будем, и тебя лично не обидим. Долю твою исправно будем отстегивать. И если наехать тебе на кого надо будет, «пехотой» поможем. А сила у нас немалая. Сто «быков», да все здоровые, кто спортсмен серьезный, кто после армии. В тире постоянно тусуются, знают, с какой стороны к «стволу» подобраться. И с арсеналом у нас полный порядок. Не сейчас, но скоро у каждого по «стволу» будет...

Сова не отвечал. Крепко задумался. Заинтересовало его предложение.

– Подпишусь я за вас, – наконец заговорил он. Уже как к своему человеку он обращался к ней на языке с примесью блатной «фени». – Есть в этом понт. Все в елочку, в «общак» отстегивать надо. И мне лавье не помешает. И «пехота» твоя мне нужна будет. Сечешь ты, Ириха, поляну, вкурила, как подпрячь меня... Ну все, базара нет, я – твоя «крыша», и все тут. И чтобы, пока я «добро» не дам, никакого беспредела...

– Короче, если вдруг что, буду крыться твоим именем...

– Давай так...

Глядя ему в глаза, Ирина все больше убеждалась, что нашла для себя и своей команды надежного покровителя. Теперь никто без согласия Совы и других воров не посмеет сунуться на ее территорию. А он такого согласия не даст. Ее территория – это его территория. А своего он так просто отдавать не привык...

На следующий день вместе с Совой она улетала из Сочи. Он – в Москву. А она – в Ростов. Как и советовал ей Артем, она собралась начать поиски Вадима с этого города.

– Я дам тебе скоро о себе знать... – сказал ей на прощанье Вахтанг.

Расставаясь с ним, Ирина не особенно переживала за исход воровской сходки. Уверена: Сова замолвит за нее словечко, и ее оставят в покое. Так будет!

Ростовский военный госпиталь она искала недолго. Просто села в такси и сказала, куда ехать. Если бы она так же легко нашла Вадима... Но его там не было. Зато она узнала, что парня переправили в Москву. В тот же день и вылетела в столицу. Покидая госпиталь, она уже знала, что Вадим потерял ногу...

2

Вадим лежал на койке и смотрел в потолок. Он уже почти смирился с мыслью, что навсегда останется инвалидом. Но ни матери, ни Ирихе по-прежнему о себе знать не давал. Он боялся представить себе, как они будут жалеть его, успокаивать, говорить всякую бессмыслицу.

Совсем скоро он окончательно выздоровеет, пусть и на костылях, но начнет ходить. Какая-то благотворительная организация из Америки должна была прислать в госпиталь партию отличных протезов. Один из них, возможно, достанется ему. Немного тренировки, и он бросит костыли, будет держаться на своих двоих. А постепенно и хромота при ходьбе исчезнет. Ведь не до основания же ему ногу отняли, даже не до колена... Вот тогда он и вернется в Краснинск. Никто и знать не будет, что он безногий, только мать. И Ирихе ничего не скажет...

– Вадим, к тебе гости, – въезжая в палату в инвалидной коляске, весело сообщил ему Игнат Сомов.

Вот уж кому не повезло. Осколок угодил в позвоночник. Никогда ему не подняться со своего кресла на колесах. Но этот не боится жалости к себе... Вадим ему даже завидовал.

– Кто? – приподнимаясь на койке, спросил он.

– А сейчас увидишь...

И он увидел, как в белом халате, накинутом на плечи, в палату входит Ириха. Радостная улыбка на лице, в глазах резвятся веселые бесенята.