Шрифт:
Лариса проводила ее взглядом. Перед глазами все поплыло, внутри поднялась горькая тошнотная волна, которая унесла сознание в пропасть небытия...
Глава десятая
1
Лариса открыла глаза. Над головой темный в разводах потолок. Рот и нос накрыты каким-то колпаком с трубкой, где-то рядом тихо пищит комар. Тело тяжелое, как будто чужое. А на стуле перед койкой дремлет мужчина в белом халате. Да это же Фокин!
Лариса пошевелила языком, получается. Открыла-закрыла рот, тоже все в порядке. Сглотнула слюну. Глотательный рефлекс тоже в норме. Кислородная маска, правда, мешает. Но рука вроде действует... Все, теперь она может дышать земным воздухом, плевать, что в нем присутствуют больничные запахи. Кстати, вкусно пахнет свежими розами. На тумбочке корзина с цветами. Спасибо Стасу...
Фокин вздрогнул, распахнул глаза.
– Ларка, мать твою, что ты наделала!
Он попытался надеть маску обратно, но Лариса крепко ухватила его за руку. Маловато в ней сил. Но Фокину показалось, что много.
– Я?! Наделала?! Под себя?! Да нет, вроде сухо...
– Ларка, да ты совсем живая! – обрадовался он.
– А что, должна быть мертвой?
– Ну, чуть-чуть.
– Рановато меня хоронишь.
– Ларка, ты чудо! Лепилы говорили, что ты вряд ли выкарабкаешься...
– Какие лепилы?
– Ну врачи.
– Да я понимаю, что врачи. Ты чего по фене ботаешь? Я что, в тюремной больнице?
– Типун тебе на язык. Это госпиталь... А тюрьма тебе не светит, не переживай...
– Но на пистолете мои отпечатки пальцев.
– Не знаю, не знаю... Вот на скальпеле мы нашли пальчики нашей дражайшей Беллы...
– А где она сама?
– Ушла Белла. Из сауны, оказывается, два выхода, она через черный ушла...
Дверь в сауну была наглухо закрыта. Но тем не менее Елагин как-то умудрился туда зайти. Значит, он воспользовался входом, через который впоследствии ушла Белла.
А может, и не было никакого Елагина, и «вампир» Аркадий Ларисе тоже привиделся. Может, Белла напоила ее не только парализующей, но и галлюциногенной отравой.
– А Елагин? – с замиранием сердца спросила она.
– Елагин приказал долго жить... И этот... Я все хотел тебя спросить, кто это был с ним. Личность парня мы установили. А другой...
– Другой – Аркадий, родной брат Даниила Бакатина. Не утверждаю, что они близнецы, но очень похожи...
– Были очень похожи... Белла их всех, разом... Между прочим, чувствуется опытная рука...
– Стреляет она здорово. И Елагину накостылять смогла. И меня умыла...
– Но тебя-то хитростью взяла.
– Чем она меня накачала?
– Пока точно никто сказать не может. Какая-то адова смесь из транквилизаторов и наркотиков плюс немножечко клофелина.
– Хреновато было, сразу тебе скажу. Лежишь, как овца на заклании, даже копытом пошевелить не можешь... Я помню, как Белла пистолет мне в руку вкладывала, а потом горький туман... Совсем плохая была, да? Даже к аппарату жизнеобеспечения подключили... Выходит, я с того света выкарабкалась... А ну-ка!
Лариса довольно легко спрыгнула с кровати. Фокин попытался ее удержать, но почему-то сам потерял равновесие и плюхнулся на пустую койку.
– Лара, ты даже сейчас без своих штучек не можешь, – скорее радостно, чем огорченно, протянул он.
– Стас, это я к жизни возвращаюсь!
– Слишком резво возвращаешься.
– Разве это плохо?
– Вообще-то хорошо. А то у меня чуть задница к стулу не приросла, пока здесь сидел...
– И долго ты здесь?
– Да уже третьи сутки.
– Батюшки мои, я трое суток в коме была?
– Нет чтобы по-другому вопрос поставить. Спросила бы, не тяжело ли мне было. Спасибо для приличия могла бы сказать...
– Ну спасибо тебе.
– А если без «ну»?
– Спасибо вам, товарищ капитан... А ты что, правда здесь все это время сидел?
– Святая правда.
– И сам ты святой?
– Вообще-то нет... Но если хорошенько взвесить все «за» и «против»... Белла у нас кто? Вампир. А кого вампиры боятся? Святых...
– Или бывших любовников.
– Ты всю жизнь мне будешь об этом напоминать? – нахмурился Фокин.
– Если бы ты мне раньше в этом признался, то никаких бы вопросов, – усмехнулась Лариса.