– Пароход! Никогда не была на настоящем пароходе – только на снующих через Ла-Манш корытах.

– Пароход «Голубая лента» покажется вам роскошным, мисс Ван Роуэн. Там можно украсть много серебра. – Несмотря на его язвительный тон, Мэдди была настолько захвачена предстоящей поездкой, что не сдержала улыбку. – У меня есть небольшое поместье на побережье Ирландского моря. Мы остановимся там, на пару суток, прежде чем отправимся по железной дороге дальше на север, в мое родовое имение – Карриклифф.

– Как выглядит Карриклифф? Думаешь, мне там понравится? Люди твоего клана хорошие? Я им понравлюсь? Когда я не усталая и не голодная, то бываю, как правило, очень привлекательной.

– Это прекрасное имение с замком, расположенное в гористой местности, и, пожалуй, любому понравилось бы. Люди моего клана очень серьезные. Не думаю, что они будут знать, как с тобой вести себя.

– Иначе говоря, я им не понравлюсь.

– Не имеет значения, поскольку я бываю там редко. К тому же я им тоже не нравлюсь.

Она кивнула, приняв это как должное.

– Что? И ты так просто относишься к этому?

– Ну да, – ответила она. – О тебе не скажешь, что ты очень серьезный или импозантный, поэтому, по-моему, они не знают, как им вести себя с тобой, тоже.

Он посмотрел на нее так, будто у нее отросли две головы.

– Я серьезный и импозантный.

– Нет, это не так. На маскараде ты смешил меня. У тебя чертовски развитое чувство юмора, и это мне понравилось.

– Думаю, я лучше знаю себя, – отрезал он.

– Не буду спорить с тобой, Шотландец. Хотя теперь я вынуждена спросить: почему они все же не любят тебя?

– Поговорим об этом позже, после того как ты побудешь со мной несколько дней. Возможно, тогда ты догадаешься сама.

Она решила пока не развивать эту тему.

– А как насчет твоей семьи, она большая? Мне всегда хотелось иметь большую семью. Жаль, что у меня нет сводных братьев или сестер. Я знаю, что у тебя есть брат… – Мэдди помолчала. – Ты говорил, что он женился на Джейн, – значит, она станет и моей невесткой!

– Да, это так. У меня есть еще один брат, и он тоже недавно женился. Моя мать еще жива, но я не общаюсь с ней.

– О, а с братьями, у тебя какие отношения?

– Я готов сделать для них все, но не сказал бы, что мы близки, – ответил он, и в его тоне проскользнуло едва заметное сожаление. Учитывая, что он постоянно старался скрыть свои эмоции, эти нотки сожаления говорили о многом. – Хватит вопросов. Нам нужно многое сделать для подготовки к поездке.

Мэдди кивнула:

– Перед отъездом мне еще нужно упаковать кое-какие вещи.

– Не нужно ничего упаковывать. Я же сказал, что куплю тебе все новое. Тем более что твои тряпки не стоят таких усилий.

Она поджала губы. Если он собирался и впредь высмеивать ее бедность, то она не сказала ему, что могла не обращать внимания на его шрам. Можно будет использовать трещину в его броне до тех пор, пока не отпадет необходимость в этом.

– В любом случае, Маккаррик, мне нужно передать подругам кое-какие вещи, а также попрощаться с ними.

– Посмотрим, если будет время.

Мэдди раздражала его безапелляционная и деспотичная манера поведения с ней, но она уже приняла решение. Если проявить терпение, то со временем ей удастся приручить его. Нужно только прикусить язык до тех пор, пока не проявятся его слабые места. К тому же она не собиралась настаивать на своем, пока не убедится, что он ни за что не позволит ей повидаться с подругами.

– Знаешь, поскольку мы, похоже, собираемся покончить с этим, я думаю, тебе следует рассказать мне, как ты получил этот шрам. – Когда Мэдди снова прикоснулась к нему, ей показалось, что Шотландец сделал над собой усилие, чтобы не отдернуть голову.

Он ответил не сразу:

– Это была схватка на ножах.

Она изумленно посмотрела на него:

– Ты убил кого-то? Схватку прекратили? Ты победил?

– Сначала нет, – сказал он, усмехнувшись, – но, в конце концов – да.

– Предоставьте моей жене все, что ей может понадобиться, – заявил Итан модистке в самом модном ателье Парижа. – Ее чемоданы утеряны, так что придется начинать все сначала. И нам понадобится кое-какая одежда уже сегодня – недельный комплект платьев.