– Итак, вы планируете объявить о помолвке, не так ли? – Мама Элли пыталась оптимистично смотреть на вещи.

– Нет, не планируем, – ответил я. – Элли имеет в виду, что в настоящий момент вам нечего сообщить.

Пожалуй, юристу следовало бы более осторожно выбирать выражения.

– Значит, вскоре может быть объявлено о помолвке? – продолжила расспросы моя мама.

– Никаких свадебных колоколов, – твердо заявила Элли. – Никаких покупок обручальных колец. Никаких новостей. Никаких помолвок. Абсолютно ничего.

– Зачем же быть такой агрессивной? – жалобно спросила миссис Грей. – Вы же понимаете, почему нас это интересует.

– Объедините Греев и Фортьюнов – и все королевство Бекингемшира вскоре будет нашим, – объявил я, и взгляды всех приковались ко мне.

– Я просто подумала, – сказала моя мама, – что теперь, когда Чарли светит компаньонство, вы двое, возможно, уже строите планы. Ведь вы друг друга хорошо знаете.

Ноздри Элли раздулись.

– Светит компаньонство? Это вы о чем? – Надо сказать, что я в конце концов сдался и рассказал маме, но взял с нее клятву, что она сохранит эту новость в тайне.

– Ну, ты знаешь, – продолжала мама, не замечая отчаянных знаков, которые я ей делал, – его кандидатуру выдвинули в компаньоны. Разве это не так у вас называется?

Элли повернулась ко мне, все еще не веря.

– Тебя выдвинули? Когда?

– Я выжидал подходящий момент, чтобы тебе сказать.

– Да, верно, – задумчиво произнесла мама. – Я не должна была ничего говорить.

– Ждал подходящего момента, чтобы мне сказать? И когда бы это случилось? Когда ты бы уже занял кресло компаньона? Просто не верится, что ты мне не сказал! – Щеки у нее вспыхнули от ярости, и я искренне пожалел, что так вышло. У меня не раз это вертелось на кончике языка, но все не представлялось удобного случая.

– Послушай, я виноват. Вообще-то я собирался сказать тебе сегодня вечером. – Маленькая ложь во спасение не помешает.

Элли мои слова не убедили.

– В самом деле? А может быть, ты так бы и забывал мне сказать еще несколько месяцев – пока я не увидела бы это в и-мейле «Баббингтона»?

Я поднял руки вверх, сдаваясь.

– Прости меня. Я сукин сын.

– Чарли, выражайся прилично, – посоветовал мой папа.

– Я униженно, робко, на коленях прощу прощения. Что еще я могу сказать?

– Но Элли, дорогая, – самым невинным тоном произнесла ее мать, – разве ты не говорила мне, что тебя тоже выдвинули в компаньоны?

В гостиной повисла мертвая тишина – в фильмах в таких случаях начинают бить высокие часы, стоящие в углу. Интересно, наши мамы сделали это нарочно? Элли и я пристально смотрели друг на друга – одновременно и любовники, и соперники. По ее лицу я не мог ничего прочесть.

– И ты даже не подумала сказать мне? – спросил я гораздо вежливее, чем Элли.

У нее сделался смущенный вид.

– Я собиралась. Но я же только что сама узнала.

– Я тоже.

Моя мама принялась щебетать о том, как это будет замечательно, если мы с Элли вместе станем компаньонами, но у нас с Элли было на этот счет свое мнение. Конечно, такой вариант был возможен, но гораздо вероятнее, что пройдет только один из нас, а то и ни один. Мне хотелось выдать какую-нибудь дурацкую театральную фразу типа: «Итак, начинается битва!», но, подумав, я воздержался.

– Прекратите сидеть с таким несчастным видом, – сказал ее отец.

– Да, от этого у тебя будут ужасные морщины, Чарлз. – Миссис Грей беспокоилась о будущих семейных фотографиях.

– Уверена, что вам не о чем беспокоиться, – с безмятежным видом добавила моя мама. О, если бы только она знала! – В конце концов, разве шеф Элли не сказал, что это входит в сделку, или что-то такое?

У меня отвисла челюсть. Я так и знал! Я был прав. Значит, когда Йан привел за собой Элли в «Баббингтон», у них была договоренность.

– Я так и знал, – сказал я, даже довольный тем, что Элли скрыла больше, чем я. – Я говорил им об этом в пабе, но никто мне не верил.

– Это не то, что ты думаешь, – с вызовом произнесла Элли. – Единственное, о чем была договоренность – это что меня выдвинут в компаньоны, но ничего определенного мне не обещали.

– Мы так тобой гордимся! – просияла мама Элли.

– Мы считаем, что ты у нас тоже молодец, – сказал мой папа, похлопав меня по руке. – Мой сын – компаньон! Нужно будет рассказать в пабе. Они это оценят.

– Кстати о пабе, – подхватил мистер Грей, – я не говорил вам, о чем мне рассказал Билл Светлое Пиво? Как его жена участвовала в конкурсе мокрых маек, когда они недавно отдыхали на Майорке?