— ЧК? — удивилась Гретхен.

— Ах, простите меня, дорогая! Вы такая обворожи­тельная Черная Красавица, что прозвище само вырва­лось у меня. Позвольте представить вас новым подру­гам. С Нелл Гвин вы уже знакомы, разумеется. Эта дама — Мери Наобум, — Реджина указала на тонень­кую девушку, светлые волосы которой были подстри­жены как шлем, а фигура и ноги выдавали танцовщицу.

— Привет, ЧК, очень рада познакомиться, — ото­звалась Мери.

К ним подошла маленькая плотная женщина с жи­выми голубыми глазами и аффектированными мане­рами.

— Я просто НЕ ДОЖДУСЬ, когда меня представят, ЧК! Я ДОЛЖНА пожать вам руку и поприветствовать вас! АХ! Ах! Ах! КАК, о как я по-РЫВ-иста!

— Сара Душерыжка, — усмехнулась Реджина, — наша несомненная дива. А вот эта дама — наша совесть.

Барышня Гули показалась Гретхен сошедшей со страниц «Алисы». Ее ну-такой-девичий лепет был очень мил и, похоже, помогал скрыть заикание.

— Как хорошо, что нас формально представляют, ЧК. Надеюсь, вы к нам присоединитесь. Новый человек заставит их вести себя прилично. У них ужасные мане­ры! А как они сквернословят!

— Да я и сама иногда прибегаю к жаргону улиц Гили, — с улыбкой отвечала Гретхен.

— ЧК, где вы раздобыли эту клевую tuta [31] ? — власт­но вмешалась здоровенная мужеподобная тетка. — Моя гораздо хуже, а взяли за нее кучу денег. И уж в паху я ею все стерла!

— Прошу тебя, Ента, — взмолилась Гули. — Обой­демся без таких слов в нашей компании!

— Ты слышишь вполуха, — заметила Нелл Гвин.

Мери Наобум засомневалась:

— Вполуха или впахуя?

— Да, ты права, Нелл, звучит почти одинаково.

Реджина захихикала.

— Та, у которой непорядок с tuta, — Ента Калента. Она может попытаться тебя надуть. А это — наши близ­нецы, Угадай и Откатай.

Два одинаковых экземпляра одной женщины: жгу- че-черные волосы, белая-пребелая кожа, точь-в-точь прекрасная рабыня-гречанка в «Монте-Кристо», — улыбнулись и кивнули Гретхен.

— Привет, ЧК. Я — Угадай.

— Вовсе нет, ты — Откатай. В эту неделю моя оче­редь быть Угадай. Привет, ЧК.

— Они меняются местами, — пояснила Нелл. — Я поспорила с Ентой, что мужья заметят подмену. Эти двое — идентичные близнецы, но они не могут оста­ваться идентичными в постели, верно?

— Разумеется, Нелл. Все женщины разные.

— Так я проиграла пари?

— Нет, пари отменяется.

— Почему?

— Психодинамика человеческого поведения. Мужья, наверное, уже заметили подмену, но им тоже это понравилось, поэтому они и держат язык за зубами. Гораздо более занятный вопрос, поделились ли мужья тем, что знают о подмене, друг с другом, но тут я пас.

Нелл Гвин с ужасом взглянула на Гретхен:

— Реджина, на помощь! Я привела в улей интеллек- туалку!

— Но это же прелестно! Располагайся уютнее, ЧК. Познакомимся поближе. Пи-девка, где кофе! —И вновь

повернувшись к Гретхен: — Очень удачно, что появил­ся кто-то со свежими мозгами, потому что мы уже вы­дохлись — нам не придумать, чем развлечь себя.

— Она из-за этого и пришла, Реджина, — чтобы разузнать об одной из наших игр.

— Вот как? О какой же?

— Она еще не знает — я привела ее, чтобы все ей показать.

— Что-то сложновато, — усмехнулась Реджина. — ЧК, наверное, будет лучше, если ты сама пояснишь.

Гретхен заколебалась: продолжать легенду, кото­рую она преподнесла рыжей, или сказать правду. Побе­дила ложь.

— В Гнойном тупике есть аптека «Рубор Тумор».

— Это опять грязные слова? — осведомилась ба­рышня Гули.

— Почему вдруг? — опешила Нелл.

— Мне кажется.

— Ты не так уж не права, Гули, — засмеялась Грет­хен. — Рубор и тумор ассоциируются с чем-то упругим или тугим — «тургор», другим словом.

— Какой ум! Потрясающе!

— Кто-нибудь знает слова, которые употребляет

ЧК?

— Не имеет значения, — улыбнулась Гретхен. — У меня слова иногда просто сами выскакивают — непо­нятно как, и я их тоже не понимаю. Может быть, у меня есть неведомый близнец, и, как только я отвлекусь, она начинает действовать.

— Ах, она мне нравится! ОЧЕНЬ! У нее душа насто­ящего художника!

— А ТЫ говоришь ЕМУ такие слова за моей спи­ной? — выпалила Угадай (или Откатай) в лицо Откатай (или Угадай).